Сад плененных сердец | страница 77
Будучи как нельзя более удовлетворен сделанным испытанием, он сочетался с ней браком согласно законам своей религии и взял ее в свой дом. Но это не помешало ему, не испросив ее согласия, привести на женскую половину еще и другую женщину, которая до того была профессиональной гетерой. И ее она приняла в дом радушно, как дорогую подругу. Мужу она была предана, как божеству, и никогда не уставала ухаживать за ним.
Все обязанности по хозяйству она исполняла неукоснительно. Так как ее внимательности и любезности не было конца, прислуга охотно ее слушалась. В конце концов она своими талантами покорила мужа, так что он поставил весь дом в зависимость от ее воли. Так как жизнь и здоровье его были в ее руках, то все цели его жизни, его материальное благосостояние, его семейное счастье и его религиозные идеалы осуществлялись в жизни согласно с ее желаниями.
Итак, вот почему я отвечал на твой вопрос о том:
Затем по просьбе того же демона-людоеда я рассказал ему историю о замужестве девицы Нимбавати.
Каприз любви
«В стране Суратской есть большой приморский город Валаби. Там жил богатый судовладелец по имени Грихагупта, состояние которого равнялось богатствам бога Куверы, владыки всех сокровищ. У него была дочь по имени Ратнавати. И вот какой-то молодой купец по имени Балабадр, возвратясь из путешествия из страны Мадумати (стран мусульманских), взял ее замуж. Но в самую свадебную ночь, когда молодые остались наедине и он сразу слишком резко стал домогаться любовных наслаждений, она вспылила и отказала ему. Он же после того сразу почувствовал к ней отвращение. Он не захотел даже с ней встречаться и прекратил посещения дома ее родителей из стыда перед ними. Все уговоры его друзей не могли заставить его изменить эти отношения. Она же была несчастна, над ней издевались как свои, так и чужие, называя ее не Ратнавати, а Нимбавати, что значит «колючка». Прошло некоторое время, и она стала горько раскаиваться в своем поступке.
Однажды, когда она сидела в раздумье о том, какая ее ожидает судьба, пришла к ней старая монахиня, которую она любила, как мать, и принесла ей несколько оставшихся от приношения богам цветов. Перед ней наедине Ратнавати стала жаловаться на свою судьбу и рыдать. Слезы жалости показались также в глазах монахини. Она всякими способами старалась ее успокоить и спросила наконец о причине ее горя. Тогда та, стыдясь важности своего проступка, с усилием проговорила следующее: «Мать моя! Зачем мне все тебе рассказывать! Скажу только одно: если замужняя женщина несчастна, особенно женщина, дорожащая своей честью, то это для нее живая могила. Например, я: начиная с матери, все родные не смотрят на меня иначе, как с презрением. Сделай что-нибудь такое, чтобы они изменили свое отношение ко мне. Иначе я положу конец этому бесцельному моему существованию. Но, пожалуйста, не разглашай никому этой тайны, пока я еще жива». При этих словах она упала к ее ногам. Монахиня подняла ее, сама расплакалась и сказала: «Дитя мое! Не принимай таких внезапных решений. Я в твоем распоряжении. Пока я тебе буду нужна, я не буду служить никому другому. Если жизнь действительно до такой степени тебе опротивела, то ты можешь удалиться в монастырь и под моим руководством отдаться посту и молитве в целях достижения блаженства в будущей жизни. Ведь ясное дело, что твое несчастье есть результат какого-нибудь проступка, совершенного тобою в одном из прежних твоих перерождений. Иначе нельзя себе объяснить, что ты, будучи одарена такою красотою, такими нравственными качествами и столь благородным происхождением, тем не менее возбуждаешь чувство отвращения в своем муже! Но нет ли у тебя самой какого-нибудь плана для исцеления мужа твоего от вражды к тебе? Если есть, скажи мне. Ты ведь всегда была очень сообразительна».