- Там я наткнулась на компанию парней. Они предлагали выпить с ними и все такое. Я, конечно, отказалась и вдобавок пригрозила им, что племянница детектива Джонса.
Тетя себе глупо заулыбалась, качая головой, потом встала, чтобы налить себе новую порцию кофе.
- Пусть хоть это, а то совсем о другом подумала.
- А о чем?
- Ну, – она замешкалась, ее щеки залила краска. Естественно, сколько Дженнифер беседовала на такие темы? Ответ очевиден – ноль. – Как бы о сексуальной близости, наркотиках и сектах. – Она тряхнула плечами.
Я подняла одну бровь, удивленно посмотрев на Дженнифер, моментально забыв о еде. Неужели она и впрямь так обо мне думала, что я отдамся первому встречному и буду нюхать кокаин, пока глаза не зальются краснотой? Неужели она так думала? Я, которая и капли спиртного в рот не брала, буду заниматься такой легкомысленностью? Это уже удар под дых.
- Я бы на такое не пошла. – Я опустила голову, принимаясь дожевывать остывшие оладьи. Отношения с тетей были действительно трагические. Она только что открыто призналась, как не доверяет моим поступкам. Но я не винила ее за это. Долгие года наши семьи не общались, и Джен просто забыла: какой я была – такой же и осталась.
- Да, знаю, просто... – она поставила чашку и прикрыла ладонями лицо. – Челси, прости меня, я плохая мать! – она разрыдалась, сотрясаясь всем телом.
Я бросилась к ней, обняла за плечи, положив голову ей на спину и тихо нашептывала: – Господи, тетя! Что за чепуху ты мелишь?! Ты очень хорошая, добрая, понимающая, правда-правда, не плачь, пожалуйста! – я и сама не заметила, как вслед за Дженнифер начала не сдерживать себя. Чертовы эмоции!
- Это я не уберегла Питера, я!
- Что за глупости! Джен, ты ни в чем не виновата, просто так случилось... – плотнее прижимаясь к ее телу, я сглотнула набежавшие слеза, продолжая твердить: – Дженнифер, ты хорошая жена, любящая мать, зачем все рушить? Нельзя корить себя за то, что нельзя было предугадать. Это жизнь, мы все теряем близких, но не нужно убивать себя за это. Надо дальше как-то жить!
Всхлипы прекратились. Тетя медленно развернула ко мне заплаканное лицо так, чтобы мои глаза были наравне с нее. Она сделала глубокий вздох, чтобы успокоиться и затем подавленным голосом спросила:
- Ты, правда, думаешь, что я хорошая мать?
- Ну конечно хорошая! – я улыбнулась. – Иначе я бы не к тебе не переехала.
Тетя поджала губу, отвернулась, утирая слезы худыми руками. Я и не заметила, насколько она похудела. Тощая, словно щепка и бледна, как призрак. Смерть сына действительно сильно повлияло на нее.