Судьба отмерила Владимиру Бацалеву всего 38 лет жизни, а талантом наделила в таком количестве, что хватило бы на несколько долгих жизней. Всех, кто знал Владимира, поражали его творческий потенциал, потоком рождавшиеся новые идеи и проекты, его потрясающая работоспособность, умение включиться в проблему другого, даже малознакомого человека, и готовность помочь — действием. Потому-то его ранний уход от нас каждый воспринял как свою, личную утрату.
Историк, археолог, журналист, член Союза писателей РФ, автор около двух десятков книг, в том числе романов «Кегельбан для безруких», «Когда взойдут Гиады», детективов «Убийство в Долине царей», «Женщины-убийцы», а еще повестей и множества рассказов, самый блестящий из которых — «Моя мама — принцесса» — он опубликовал в семнадцатилетнем возрасте. Не правда ли — немало для недолгого земного пути?
Его перо наверняка отметили читатели газет «Литературная Россия», «Клуб „Эра Водолея“», журналов «Мир Севера», «Роман-газета. XXI век», «Тюркский мир» и других изданий. К Владимиру, пожалуй, больше всего подходит определение — исследователь. Исследователь прошлого и настоящего, исследователь себя и нас…
Владимир в течение последних лет сотрудничал с издательством «Вече», которое выпустило его книги «Тайны археологии» и «Тайны городов-призраков» в сериях «Великие тайны» и «Тайны древних цивилизаций». Готовил он и свой третий сборник, но… судьба распорядилась иначе. Завершить новую книгу Владимир не успел, оставив несколько готовых очерков и зарисовки отдельных сюжетов.
Предлагаемая вашему вниманию книга выходит в память о Владимире Бацалеве. Ее составили последние исторические очерки автора и наиболее интересные предыдущие публикации.
Книги, посвященные Истории (в состав которой, как дисциплина, входит и археология), можно разделить на три части: чисто научные академические монографии, исторические романы и научно-популярная литература.
Монографии, как правило, написаны тяжелым, «кондовым» языком, пестрят латинско-греческими терминами и обычным человеком воспринимаются плохо. Если он не очень терпелив и настойчив, то он либо ничего не поймет, либо заснет, либо подарит книгу тому, кого искренне ненавидит.
Исторические романы можно разделить на три подвида по типу письма авторов.
Первые очень осторожны. Они «творят», все время озираясь на зоила-критика: как бы тот публично не облил помоями за ошибки и безграмотность. Романы их скучны и бледны, они похожи на вылинявшие занавески. Тут не найдешь детали, радующей взгляд, одна голая конструкция хрущевской пятиэтажки. Авторы (с позволения сказать) сознательно и твердолобо бьют на вечное и неизменное, скажем, на описание природы, с которым не ошибешься: «Старый жрец Рахотеп смотрел слезящимися от старости глазами, как вечно старое солнце встает над уже постаревшей пирамидой, ветер теребит барханы, в старике Ниле урчат крокодилы, позавтракав греческим путешественником, шелестит папирус и распускается лотос» и так далее, страниц на пятьсот. Попробуйте придраться! (Хотя я бы придрался: во-первых, солнце садится в пирамиды, а лотос на рассвете «ложится спать».)