Успение святой Иоланды | страница 3
("Интересно, при чем тут стигматы и розы? И кто это - "она"? Уж не мать ли настоятельница изволила окочуриться? Тогда - кто же на ее место? Если старуха Иеронима - значит, живем, а если казначея - дело худо!")
- Сестра Маргарита, а что ж вы прячетесь?
- (Черт, подкралась, старая стерва!") И не думала прятаться, матушка Доротея! Вас поджидала! Боязно, матушка... Чудо всетаки... Прошу прощения, матушка Доротея...
- О, Mater Dei , какой же вы еще ребенок! Совершенно естественно, что вы испытываете благоговейный страх, еще даже не узрев чуда Божия! у хорошо, пойдемте вместе!
- О, матушка, да благословит вас Господь за вашу доброту! - Марго, склонившись, чмокнула Доротеину руку. ("Фу, кажется пронесло.
о все-таки, что за чертовщину они там состряпали с белыми розами?")
Доротея ловко ввинтилась между Селиной и Юнис, попутно с самым любезным видом забрав у грозы пансиона подсвечник на три свечи, - надо же и другим узреть печать благодати на ангельском лике! Одну свечу привратница, покровительственно улыбаясь, вручила Марго. Та встала рядом с ней, на всякий случай скроив благочестивую физиономию. "у вот! Я так и чуяла! Слава-те, Господи, хоть не настоятельница. А кто же?"
а полу под огромным распятием, украшавшим алтарную преграду, распростерлось, сплошь засыпанное белыми розами, недвижное тело.
Девушка лежала на спине, головой к алтарю, вытянувшись в струнку и сложив на груди руки. Голова ее, в надвинутом низко на лоб розовом венке, запрокинулась, будто бедняжка в последний миг желала встретиться взглядом со Спасителем. а грудь, перекрещиваясь на затылке, спускались две темные толстые косы. а "лилии, сорванной ангелами"" было голубое платье пансионерки, но без передника; слишком короткий подол позволял видеть ее босые ноги почти до колен, - на обеих темнели раны, узкие, будто ножом прорезанные, точно в середине ступни. Приглядевшись, Марго заметила такие же раны и на ладонях усопшей.
"Брюхо Господне! икак, пансионерка копыта отбросила! То-то, я гляжу, у мамзель Пансион будто репьев полны кальсоны! Да уж, это чудо так чудо... вот только неприятностей с клиентами нам и недоставало - спасибо, Боженька!" В церковь тем временем сбежалось почти все население монастыря. Марго, воспользовавшись тем, что Доротея, вовсю молотившая языком, восхваляя бесконечное милосердие Творца, уже не обращала на нее внимания, выбралась из толпы шептавшихся монахинь, и тут же снова протолкалась в первый ряд, встав под самыми ногами Христа. Теперь, подняв свечу, она смогла разглядеть совсем юное, почти детское личико. И темную узкую рану над левой ключицей.