Джинн в плену Эхнатона | страница 33



К середине дня миссис Гонт удалось убедить миссис Трамп взять хотя бы несколько выходных, чтобы оправиться от потрясения. Еще бы! Она в одно мгновение стала почти так же богата, как ее работодатели.

— Отдыхайте там в лагере хорошенько, — сказала она на прощанье Джону и Филиппе. — Я уверена, что вам предстоит самое замечательное лето, какое только можно придумать.

— Мы не едем в лагерь, миссис Трамп, — признался Джон.

— Мы едем в Лондон! — победоносно сообщила Филиппа.

— Очень хорошо, — сказала миссис Трамп. — Пришлите мне оттуда открыточку. — С этими словами она вышла из дома и направилась к станции метро, откуда ходили поезда в Бронкс, район Нью-Йорка, где миссис Трамп проживала на авеню Акведук.

— Обязательно пришлем, — прошептала Филиппа, отчаянно стараясь не разреветься. Вдруг она видит миссис Трамп в последний раз?

Глава 6

Исчезновение Барстулов

Пару дней спустя миссис Гонт отвезла Джона и Филиппу в международный аэропорт имени Джона Ф. Кеннеди, зарегистрировала их на лондонский рейс компании «Британские авиалинии», вылетавший ровно в девять вечера, помогла близнецам сдать багаж и проводила на посадку.

— Если вдруг почувствуете, что начинается приступ клаустрофобии, глотайте таблетки. Только не чаще чем раз в четыре часа. — Она вручила Филиппе фиолетовый пузырек с завинчивающейся золотой крышечкой. — Вам сразу будет легче.

— Спасибо, мамочка. — Филиппа вздохнула с облегчением. Она знала, что мама не забудет про таблетки, которые обыкновенно помогали им перенести вынужденное заточение в закрытом пространстве самолета. Разница только в том, что в предыдущих поездках мама была рядом и сама растворяла таблетки в соке или дробила их в маленькой ложечке и смешивала с джемом. Ну а теперь, раз уж они путешествуют одни, придется справляться самостоятельно.

— В Лондон вы прибудете утром, примерно в половине восьмого, — сказала миссис Гонт, передавая Джону билеты. — Нимрод встретит вас в аэропорту.

Она обняла детей:

— До свиданья, родные мои. Я буду очень скучать. — Голос ее чуть дрогнул. — Нимрод, да и сам Лондон могут поначалу показаться вам немного странными. Но, что бы ни случилось, помните: мы с папой вас очень любим. И все, что мы делали в жизни, мы делали для вашего блага. — Она сглотнула подступивший к горлу ком, открыла свою сумочку из крокодиловой кожи от фирмы «Эрмес» и, достав оттуда носовой платочек, промокнула уголки подернувшихся слезами глаз. — До свиданья…

И ушла.