Пол Маккартни | страница 39
Круг общения Астрид — в основном это были студенты — чем–то напоминал парижских экзистенциалистов, которых в пятидесятые годы кинорежиссеры поделили на два типа претенциозных битников из среднего класса: «горячие» (их отличала невероятно быстрая речь и псевдосумасшедшие взгляды) и «холодные» (молчаливые, неподвижные и недоступные). И те, и другие были представлены на вечеринках полусвета, где настольные лампы накрывались платками, а на стенах висели фотографии Мэна Рэя. Собираясь вместе, они пели, играли на бонгах или на саксофоне. Слушатели на этих импровизированных концертах сидели скрестив ноги и, закрыв глаза, погружались в музыку.
«Зачем убивать время, если можно убить себя?» —вопрошала призрачная дама в стиле Жюльетт Греко в фильме «The Rebel» («Бунт») 1960 года, снятом в богемном Париже (с Тони Хэнкоком в главной роли) — со всеми его беретами, десятидневными щетинами и дырявыми свитерами. «The Rebel» был бы, возможно, менее банальным и более веселым, если бы великий комик обратился к полусвету Ливерпуля или Гамбурга.
Мне так и не терпится сказать, что «экзи» сразу же полюбили «The Beatles», так же как в фильме «The Rebel» вся парижская богема влюбилась в многословного, но неуклюжего Хэнкока. Однако дело было скорее в том, что гамбургские студенты пресытились «холодностью» Дэйва Брубека, Стэна Гетца, «The Modern Jazz Quartet» и прочих «хипповых» музыкальных деятелей, чьи пластинки были разбросаны в их грязных квартирах.
«До этого мы слушали диксиленд или традиционный джаз, — вспоминает Юрген Фолльмер, еще один яркий представитель «экзи», — но с тех самых пор, как появились «The Beatles», мы с головой ушли в рок–н–ролл и больше никогда не ходили в джаз–клубы. Наш интерес к этому жанру возрос, когда приехали «The Beatles», да и другие британские группы, но «The Beatles» с самого начала стали нашей любимой командой».
Что касается собственно музыкального содержания «The Beatles», то они, как и многие другие, исполняли преимущественно американский материал. Однако если говорить о них как о личностях, то следует упомянуть, что Сатклифф, Маккартни и Лен–нон не сильно отличались от немехдких «экзи» и в разговорах часто ссылались. на те же источники.
«У нас, на севере, мы читали Керуака, и они здесь читали Керуака, — отметил Пол. — На многие вещи мы смотрели одинаково».