Беседы с Величайшим Сетевиком Мира | страница 29
Полюбят ли люди меня?
Не дожидаясь, пока мой собеседник спросит о моих мыслях — а то, что он именно это и собирался сделать, было для меня очевидно, — я сам рассказал, о чем только что подумал.
— Ах, вот оно что, — отреагировал он с полной серьезностью. — Очень хорошо. Очень хорошо!
«Что хорошего?» — подумал я, но промолчал.
— Ну вы и штучка, друг мой. Что ж, замечательно! — воскликнул Величайший Сетевик. — Вы только что коснулись трепетными пальцами механизма, с действием которого неразрывно связана вся история человечества со времен появления его прародителей в райском саду. Имя ему — первородный грех. Во всяком случае, без него уж точно не обошлось. Тот ли я человек, которого люди смогут полюбить? Вы, впрочем, вероятно, формулируете вопрос так: «Достаточно ли я хорош?» — не так ли?
Я утвердительно кивнул.
— Только представьте, сколько нас, смертных, в течение тысячелетий терзалось этой мыслью в самых разнообразных ее воплощениях.
Какое-то время мы продолжали ехать в полном молчании. Я смотрел в боковое окно, повернув голову вправо, следил за мельканием деревьев, сливавшихся в единую грязно-зеленую декорацию. «Я недостаточно хорош… недостаточно хорош… недостаточно», — навязчиво крутился в моей голове один и тот же заунывный мотив.
У меня было отчетливое ощущение, что мой спутник молчит преднамеренно. В конце концов я не выдержал и спросил, так ли это.
— Да. Мне показалось, что самое время немного помолчать, — ответил тот с улыбкой. — Впрочем, у меня есть для вас хорошая новость. Хотите услышать? — И он повернулся ко мне лицом.
— Это мне сейчас не помешает, — заметил я.
— Вы все это выдумали.
— Что вы имеете в виду? Что я выдумал?
— То, что недостаточно хороши. Вы это придумали.
— Я это придумал, — повторил я, не зная, соглашаться или возражать, и просто перекатывая на языке звуки фразы.
— Помните вчерашнее «изуверское» упражнение, в котором я вынудил вас поучаствовать?
— Конечно, помню, — ответил я, будучи полностью согласен с приведенным определением.
— Так как же? — спросил он. — Откуда теперь вы знаете, что недостаточно хороши?
Молчание.
— Дошло! — наконец сказал я. — Я действительно все выдумал. Так и есть. — Теперь у меня было ощущение, что все, о чем я думал, было не более чем выдумки.
— Впрочем, — продолжил мой собеседник, отвлекая меня от моих мыслей, — есть и плохие новости.
— Замечательно, — откликнулся я. — И что же это?
— Вы в чем-то похожи на меня, и чем дальше, тем больше я в этом убеждаюсь. Вам придется сто, тысячу, а возможно, и большее число раз повторять себе, что все это ваши выдумки, прежде чем вы усвоите такой подход и сможете автоматически определять свои измышления как таковые.