Призрачный путник | страница 120
Сколько Мерис себя помнил, старик ни разу не выглядел таким слабым. Какая-то часть юноши захотела спросить, что случилось, возможно, чтобы продемонстрировать семейные чувства, но в этот момент Мерис презирал его сильнее, чем когда-либо. Он промолчал.
— И чем же я обязан подобной дерзости? — спросил Грейт. Голос барда потерял обычную мелодичность. По взмаху его руки Клодир, вошедший вслед за Мерисом, покинул помещение и закрыл дверь. Мерис дрожал, но выбросил из головы воспоминания о призрачном шепоте.
— Я пришел доложиться, — сказал он. — Посыльная мертва, убита человеком в черном — как и её лошадь, так что даже эти проклятые друиды не смогут разобраться, что на самом деле произошло. Женщина убита мечом, таким же, как у Путника.
— А если жрец вздумает вызвать дух погибшей?
— Девушка узнала меня перед тем как умереть, но я обезглавил её и закопал голову, — ответил Мерис с отвращением в голосе. — Посмотрим, как труп заговорит без рта.
— А остальные? — нажал Грейт.
Мерис разозлился. Выходит, отец узнал о его привычке выслеживать гонцов. Неважно.
— Человек в черном, — сказал он. — Неопознанный. Я… ты в полной безопасности.
Лорд Певец откинулся на спинку кресла, рассматривая сына.
— Хорошо, — коротко ответил он.
Мерис мог бы поблагодарить Грейта. Но потом понял, что это не похвала и реплика даже не относится к нему — и вместо этого оскалился.
— Сейчас я хочу, чтобы ты нашел и убил Путника, — сказал Грейт. — Принеси мне его голову, и я стану героем Куэрварра, спасителем города.
Мерису пришлось изрядно напрячься, чтобы сдержать смех. Тот еще «герой». Не может даже убить кого-то самостоятельно.
Каким же жалким Грейт казался Мерису, каким убогим. Если бы юноша только захотел, он мог бы подойти к Грейту и пронзить его, или раздавить череп Лорда Певца руками. Как тот мог защититься? При нем не было даже рапиры, да и та являлась слишком неубедительным оружием.
Грейт прищурился:
— Попробуй, — произнес он.
— Попробовать что? — спросил Мерис. Неужели Лорд Певец прочитал его мысли?
— Ты хочешь убить меня, ну так давай, — сказал Грейт, поднимаясь.
Когда глаза Мериса округлились, он рассмеялся.
— Не удивляйся так. У тебя на лице написана ненависть. Тебя так же легко прочитать, как и любого простака в этом городе.
Взбесившись от этого оскорбления, Мерис схватился за рукоять своего меча. Но он все же не стал обнажать оружие — вернулось опасение, что Грейт защищен чем-то, о чем Мерис не догадывается.