Учитель | страница 117



Впоследствии боевой транс не применялся никем и никогда. По крайней мере, мне об этом неизвестно, а значит, и никому на планете на время моего ухода. Хотя всё может быть, вот сейчас я в боевом трансе, но узнает ли об этом кто-нибудь, и когда это может произойти?..

Еще раз проверяю окрестности и выхожу из транса. Бой закончен. Великая армия Нового Сугриба превратилась в горы трупов и уже вряд ли сможет продолжить свой священный поход. Ну и емурлук с ними, их сюда не звали.

Пытаюсь послать ментальный зов Ладлиль. Зов получается слабенький, но всё-таки... С ней всё в порядке. Еще несколько ментатов откликаются. До Шебура не достукиваюсь, понимаю только, что он где-то в степи. Ладно, надо приводить себя в порядок, состояние аховое, не сильно лучше, чем в Поселке при первом посещении. Обратная сторона боевого транса: энергию для него брать неоткуда, кроме самого себя.

Подхожу к ближайшей куче трупов и, спрятавшись за ней, сжираю тело коня. Несмотря на состояние, ем максимально аккуратно: мало ли кто может меня сейчас увидеть, а пугать не видевших меня раньше вчерашних крестьян ни к чему. Восстановление идет на глазах. А вместе с ним приходит откат. Скольких я сегодня убил? Память (или совесть?) услужливо подносит точную цифру. Даже не впечатляет, слишком много. Да и какая разница, они не разумные. Мало того, что звери, так еще и... Кстати, а чем они себя опоили?

Нахожу раненого ногра и делаю анализ крови. Нет, они точно не разумные. Разумное существо пить эту гадость не будет. Никогда и ни при каких условиях. Ни за какие блага и, даже под угрозой смерти. Потому что это и есть смерть, только более медленная и мучительная. И даже моя кровь не поможет тому, кто напился этой настойки. С первого же глотка необратимые изменения в обмене веществ, новые порции дряни и смерть в течение нескольких лет.

Кем надо быть, чтобы напоить этим целую армию? Не знать ее свойства они не могли, при таких-то запасах. И случайно стратегические объемы с собой не тащат...

Но один плюс от этой гадости есть. Откат проходит на удивление легко, видимо моя совесть тоже не может увязать поведение ногров с разумными существами.

Мне же проще. Силы уже почти восстановились, надо бы заняться делом...


Интерлюдия 2


* * *

Седой копейщик в изрубленных доспехах сидит, привалившись к брустверу редута, держа на коленях голову молодого парня в разодранной кольчуге. Тот лежит, тяжело, с хрипами, втягивая воздух. Левая рука перетянута куском веревки, кисть отрублена, вместо нее торчит обломок кости. В правую сторону груди воткнут наконечник копья.