Собрание стихотворений | страница 28




   Жутко, да,

   Если по-настоящему?

   Наверное, это призвание!


   Банально!

   Проще простого - покончить в камере,

   Проще простого - всё как надо,


   И потом - наиболее театрально! -

   Вернуться среди бела дня

   В то же место, в то же лицо, в тот же самый


   Жадный крик.

   Он визглив и жесток -

   "Чудо, чудо!". До чего же дик!


   Сбивает с ног.

   Платите -

   И глядите на шрамы,


   Платите -

   И слушайте стук сердца -

   Ведь и верно, рвётся всерьёз!


   Платите, да и дорого,

   За слово, за касание,

   За клок волос,


   За каплю крови.

   Так, так, herr доктор,

   Так, herr враг:


   Я - ваше сокровище, ваше созданье,

   Золотой младенец,

   Истаивающий в визге, не в слове.


   Верчусь и горю.

   Думаете, я

   Ваших забот

   Не оценила?


   Опять таю -

   Пепел, пепел - а где лицо?

   Шевелите кочергой, - вот:


   Ни плоти, ни костей.

   Кусок мыла.

   Обручальное кольцо.


   И золотая

   Пломба, herr Люцифер, herr Бог,

   Осторожней, смотри же -


   Снова встаю из пепла

   И глотаю, как воздух, мужиков -

   Я, отчаянная, я рыжая!


   23 - 29 октября 1962

ПОЧТА


   Улиточье слово на блюде листа?

   Это не от меня.

   Не принимай. Забудь об этом вздоре.


   Уксус в запечатанной бутылке?

   И это не принимай - фальшивка!


   Золотое кольцо и солнце в нём?

   А это - ложь. Ложь и горе.


   Иней на листе чист.

   Котелок о чём-то бурчит


   Себе под нос, на каждой

   Из девяти гор... Да -


   Зеркала встревожены, смещены отраженья,

   И море вдребезги свой серый цвет...


   Любовь, любовь, - моё время года.


   4 ноября 1962 года

ТУДА


   Далеко ли ещё?

   Далеко ли?

   Колёса Круппа* крутятся.

   И в центре этой крутящейся воли -

   Рожи горилл оголтелые.

   Стук не устаёт, выбивая

   С громкостью пушек:

   "Нету его, нету его, нету..."

   Это Россия. Это -

   То, через что должна я

   Пройти. Я тащу своё тело -

   Та ли война, или другая -

   Через солому теплушек...

   Взятку дать? Вздор!

   Да и что едят эти колёса, колёса,

   Закреплённые на дугах рессор,

   Ненасытные боги?

   Отпустить серебряный поводок воли?

   Далеко ли ещё?

   Далеко ли?


   Неумолимые боги

   Знают только одно: "туда".

   Я - опущенное письмо.

   Я лечу к какому-то имени

   И к двум глазам. Ну да,

   Может, к себе самой?

   Будет ли там хлеб,

   Будет ли там тепло?

   Грязь. Тут такая грязь!

   Остановка в поле.

   Не слазь!

   Далеко ли?...


   Медсёстры проходят ритуалы

   Омовенья под кранами.