Эскадра его высочества | страница 47
Дверцу тут же распахнули.
Сильнее запахло речными водорослями. И еще – смолой. В черной ночной воде канала качались блики газовых фонарей. На пирсе Ждан увидел флотского офицера в белом шарфе и перчатках.
– Господин Кузема-младший? – спросил офицер.
– Я есмь Кузема. Младший.
Офицер поднес к козырьку два белых пальца.
– Мичман Петроу. Тоже младший.
– О! Ваши предки из Мурома?
– Нет, из Песцов.
– Это где?
– Да в княжестве Четырхов.
– А! Ну, Четырхов – почитай тот же Муром.
– Да, почти.
– Приятно познакомиться. Меня Жданом Егорычем кличут.
Мичман еще раз поднес пальцы к козырьку.
– Виталий.
– А по батюшке?
– Анатольевич. Прошу на баркас, сударь. Через десять минут мы должны быть на борту.
– Во как, – без особого восторга отметил Ждан. – По минутам все рассчитано?
– А как же иначе? – удивился мичман Петроу. – Кригсмарине, дорогой земляк.
– Ладно. Посмотрим вашу кригсмарину.
Вечерний туман укутывал монаршью яхту. Издали были заметны только голые мачты. Лишь метров со ста пятидесяти корпус «Поларштерна» стал смутно прорисовываться, как на листе ватмана с размывкой.
Крепкие, тренированные матросы гребли на совесть, баркас плыл быстро, и вскоре в мутной туманной массе уже различался высокий борт с длинным рядом пушечных портов.
Ждан знал, что яхта Бернара Второго была выстроена по эскизам самого курфюрста. Она имела длину и оснастку линкора при несколько меньшей ширине и осадке. Эта относительная узость делала «Поларштерн» судном менее устойчивым при боковой качке, зато более быстроходным, способным оторваться от превосходящего по мощи корабля. А над быстроходными фрегатами яхта имела преимущество в артиллерии. На ее нижней палубе располагались десятки очень дорогих пушек со стволами из лучшей стали. Их могло быть и больше, однако следующая палуба почти целиком отводилась под комфортабельные каюты, там на месте пушечных портов уютно светились прямоугольные иллюминаторы. Из этого следовало, что «Поларштерн» все же не предназначен для эскадренного боя, в котором корабли час за часом громят Друг друга страшными бортовыми залпами.
Еще выше располагалась палуба, открытая в средней части, но с надстройками на оконечностях. Носовая из них, или форкастель, вмещала в себя просторный камбуз, кабестан и трапы в нижние помещения. На ее крыше стояла батарея легких пушек, сразу четыре из которых могли вести огонь по курсу. А в кормовой надстройке, начинающейся от грот-мачты, располагались личные апартаменты курфюрста и каюты для наиболее важных лиц из его окружения.