Молодость короля Генриха IV | страница 86
– Давно бы следовало! -ответил губернатор.
– Вы отвечаете мне за него своей головой!
– Отвечаю! -спокойно согласился Фуррон.
Когда на Рене надели кандалы и втащили его в камеру, он понял, что теперь ему уже нечего ждать.
"Ах! -подумал он.-Почему я не послушал сира Коарасса, этого проклятого беарнца, который читает будущее в звездах?!"
А тем временем, когда Рене поминал сира де Коарасса, по следний сидел с Ноэ на набережной, выжидая, когда на колокольне пробьет десять часов.
– Ну-с, голубчик Ноэ,-сказал он,-как, по-твоему, я справился с ролью астролога-предсказателя?
– Очень хорошо! Но я думаю, что Пибрак прав и что Рене скоро освободят, и так как рано или поздно он поймет, что мы попросту мистифицировали его, то…
– Знаешь тогда что, Ноэ? Тебе надо похитить Паолу!
– Но ведь вы сами недавно согласились, что это опасно!
– Да, но теперь я думаю устроить это иначе. Если Паола согласится добровольно оставаться твоей узницей, то мы можем поместить ее вместе с Годольфином, и его уже не надо будет держать на запоре. А Паола будет нам отличной заложницей!
– Что же,-сказал Ноэ,-это, пожалуй, хорошая идея, и я подумаю о ней. А пока я пойду позондирую почву в этом направлении!
– Ну а я пойду злословить о принце Наваррском! -смеясь, сказал Генрих.
Десять ударов колокола гулко понеслись в воздух. Когда Генрих подошел к потерне, Нанси уже поджидала его. Она взяла его за руку и повела по темной лестнице.
– Однако! -сказал принц.-Почему это мне кажется, что сегодня мы поднимаемся выше?
– Так оно и есть!
– Значит, Лувр подрос в эту ночь?
– Разумеется нет!
– В таком случае принцесса переселилась этажом выше?
– Тоже нет!
– Но,,, тогда…
– Разве вы не слыхали, что короли иной раз венчаются через уполномоченных ими на это лиц? -шепнула Нанси.
– Разумеется слыхал!
– Ну, так сегодня и принцесса поступает так же!
– То есть?
– То есть на свидании буду я!
Сказав это, Нанси открыла дверь и ввела принца в очарова тельную комнатку.
– Здесь я живу,-сказала Нанси.-Можете броситься к моим ногам; все, что вы мне скажете, будет добросовестно передано по назначению доверительнице! -Она принялась хохотать словно сумасшедшая, закрыла дверь, задвинула засов и продолжала: -Да ну же, бросайтесь к моим ногам!
Генрих взглянул на нее: Нанси была очаровательна.
Генриху было около двадцати лет, Нанси -не более шестна дцати. Если камеристка была насмешлива, то Генрих отличался смелостью. Белокурые волосы и голубые глаза Нанси сразу вскружили ему голову и заставили забыть и о принцессе Маргарите, и о красотке-еврейке. По своему обычаю, принц сейчас же приступил к решительным действиям. Он протянул руку, чтобы обнять Нанси за талию, но девушка ужом вывернулась из его объятий и, насмешливо улыбаясь, заметила: