Нас предала Родина | страница 39



Ира засмеялась — вот и спросил.

— Это ты так спрашиваешь, замужем ли я? Между прочим, я могла бы и не сменить фамилию. Нет, не замужем.

— А почему? Ой, извини…

— Наверное, еще не встретила.

— Ни разу?

— А что, это так просто? Один раз — давным-давно — вроде показалось, что встретила… — непонятно улыбнулась, Борис затаил дыхание. — Слушай, мы тираж смотреть сегодня пойдем?

Солнце давно село, фонарь почти не пробивал густую тень, и витрину с вывешенными счастливыми номерами пришлось освещать зажигалкой. Номеров было много, не меньше сотни. Огонек колыхался под вечерним ветром, и цифры искажались, прятались, притворялись другими.

— Все! — устало сказал Борис, потушив зажигалку. — Так и знал — никогда мне не везет!

— Прямо уж никогда? А вот мне сегодня очень повезло!

— Что, выиграла? Подписку?

— Подписку?.. А, это тоже.

— А что еще?

— Еще?.. Боря, а ты очень эту подписку хотел? Хочешь, я ее тебе подарю?

— Как?

— Только с одним условием. Ты меня проводишь.

— Так я и сам собирался! Хоть до Черноречья!

— Нет, до Черноречья не надо. Только до Минутки.… Пойдем?

Продолжение разговора

Котенок взмахнул лапой, и декорации изменились. Место забора из чеченских башен и кремлевских стен сменил вид на неширокую улочку поздним вечером. Шумели густые деревья, поблескивая в неоновом свете фонарей, остывал раскаленный дневной жарой асфальт. Картинка приблизилась — на секунду мелькнула вывеска «Букинист» — и весь экран заняло высокое темное окно витрины с маленьким белым пятнышком внизу. Еще наплыв — пятнышко приближается, увеличивается и превращается в листок бумаги. На листке шариковой ручкой написано: «262».

Больше ничего.

— Узнаешь? — промурлыкал котенок. — Знаю, у тебя плохая память на числа, но это-то помнишь?

— Помню. И никогда не забывал. Это мой номерок на розыгрыше «Мира Приключений».

— А что ты по нему выиграл, помнишь?

— Ты меня за склеротика держишь? — возмутился Борис. — Все я помню! Только при чем здесь это?

— А при том! — неожиданным басом рявкнул котенок. Борис вздрогнул. — Помнит он.… А что ж ты тогда все ноешь и ноешь: «Ах, я невезучий! Ах, как мне всегда не везет!» Всегда? Тогда — тоже? Отвечать быстро — повезло или нет?! Не думать! Ну!!

— Повезло, конеч… — машинально ответил Борис, спохватился. — Перестань! Я же не это имел в виду. Что ты к словам цепляешься?

Котенок уселся на шезлонге, замер как черная статуэтка.

— С тебя пример беру, Боренька, с тебя. Это ты же у нас зануда, и если тебе говорят «все», то воспринимаешь это именно как «все» — без нюансов. Не везет ему всегда…