Vovan Vs. Капитан | страница 73
ГАЕ (выплевывая какашки изо рта). Тебе, блядь, бэрла ебаная, легко говорить! Сама мне башку оторвала и в рот насрала, а потом говорит: помоги человечеству! Я, блядь, охуеваю от такой логики! Как я им помогу без башки? Или, блядь, без тела — уже и сам не пойму. Да еще с говном во рту! Спасибо, блядь, большое!
ЖМ (смутившись). А потому что надо старших уважать и не выебываться на них без причины. И голова бы у тебя была сейчас на месте.
ГАЕ. Хуяссе без причины! Сама мне так пернула в нос, что я чуть не охуел!
ЖМ. Блядь, как же с россиянами трудно спорить. Ну, это пиздец, какие вы упрямые! Да ты упрямее Вована в сто раз, а я думала, что упрямее его вообще никого нет. Пошел ты на хуй!
И Живая Мертвечина подбросила голову Алексея Еремина в воздух и так наподдала ей своей огромной ляжкой, что голова долетела аж до Красной площади и там напоролась на кремлевскую звезду и осталась торчать на ней, матерясь на всю площадь, пока ее не сняли.
Силы безопасности сначала решили, что это голова Матиаса Руста, совершившего вторичное несанкционированное приземление на Красной площади; но потом, услышав, что голова свободно изъясняется на русском матерном языке, решили, что это россиянин. Сначала голову хотели сбить выстрелами, но побоялись повредить кремлевскую звезду, поэтому пришлось снимать ее вручную. Все время, пока голову снимали, она страшно материлась, так что пришлось заткнуть ей рот кляпом; однако, голова кляп выплюнула прямо в лицо журналисту одного иностранного издания и заодно покрыла его матюками, и история об этом попала во все известные международные газеты и журналы.
Тем временем страшное мертвечинное войско догнало своего командира, и синемордый толстяк спросил, как обычно спрашивают в таких случаях:
— Какого черта здесь происходит, черт возьми?
— Блядь, синемордый, — молвила Живая Мертвечина, которая еще не совсем пришла в себя после встречи с Алексеем Ереминым, — до чего же все-таки ты шаблонный и клишированный. Сразу видно, что ты из американского фильма. То ли дело Алексей Еремин. Вот это, блядь, самобытный чел. Он доказал мне превосходство русского матерного языка перед всеми другими языками, даже перед новозеландским английским. Я даже немного в него влюбилась.
— Чего? — рассердился синемордый. — А ты-то сама не из американского фильма, что ли?
— Я из новозеландского, — с презрением сказала Живая Мертвечина.
— Не могу поверить, — сказал толстяк, — неужели тебя не в Голливуде придумали? Да, ну. Не может такого быть.