Честь дома Каретниковых | страница 45
Его провинциальный городок был одновременно большой узловой станцией. Красивая форма инженеров-путейцев, их солидный вид и уважение окружающих очень привлекали юношу. Отец разузнал, что лучшие специалисты — выпускники Тифлисской железнодорожной академии. Далеко и дорого отправлять туда сына! Пытались родители отговорить: мол, поблизости, в губернском городе можно выучиться на доктора, или учителя, или ветеринара… Но Костя стоял на своем — профессию он выбрал, а дальние экзотические места его особенно привлекают! Отправили…
Как и предполагали учителя и родственники, да и он сам, экзамен он сдал с блеском и был зачислен на первый курс. Да вот только кавказская экзотика не пришлась юноше по душе. Он был натурой нежной, легкоранимой, а здесь царствовали громкоголосое радушие и мгновенная вспыльчивость, слезы и ярость, объятья и пальба. Да если бы только страсти! Чтобы пользоваться здесь успехом, нужно было уметь ловчить, мошенничать, нагличать. Нет, Костя был бы не против, отнюдь! Так же легко и охотно, как наукам, он учился и этой жизненной премудрости. Да только куда ему было угнаться за яростными кавказцами! И его броская внешность тоже затерялась, поблекла в сравнении с густо-смоляными кудрями и огненными очами коренных тифлисцев. А Костя Журин ох как не любил быть незаметным, довольствоваться вторыми ролями! Так что, едва окончив первый курс академии, он однажды уехал в город-порт Батум — такой же, по его мнению, ярко-вульгарный и шумно-грязный, как и другие кавказские города. Оттуда первым пароходом на последние деньги отплыл в Одессу. Не знал, что будет делать дальше, просто очень хотел поскорее убраться отсюда. Домой? Нет, там ему делать нечего.
На пароходе Костя впервые подумал о том, что он — баловень судьбы. Как он ошибался! Но тогда ведь все складывалось чудесно… Молодой человек приглядел одну миленькую девушку, одетую скромно, как и он сам, стал улыбаться ей, пару раз заговорил. Она смущалась, но отвечала. Наутро пароход должен был пришвартоваться в Одессе, но оставалась еще ночь. Костя решил форсировать события — была не была! После ужина он поднялся на палубу первого класса и стал высматривать Полину. Сам он ехал во втором классе, но гулять предпочитал под тентами и духовой оркестр первого. Полина, вероятно, была чьей-то служанкой. Вскоре он увидел ее — впервые не одну. Девушка держала зонтик, прикрывая от солнца стройную нарядную даму. Молодой человек почтительно поклонился им обеим, и темные, влекущие, со странным кошачьим прищуром глаза незнакомки в упор глянули на него… В эту ночь Костя оказался не в скромной каюте Полины, а в роскошных люксовых апартаментах ее дальней родственницы и покровительницы.