Неизвестные Стругацкие: Письма. Рабочие дневники, 1963-1966 г.г. | страница 60
В «Знании» и «Мол. Гв.» без перемен. Малинина не вернулась из Киева, а Бела — из отпуска. После праздников пойду по ним. В «Москве» тоже всё тихо. Зам. гл. редактора, приятель Ефремова, подался в отъезд, а предварительно запер в свой стол ТББ и не велел никому прикасаться. Так что несогласованные действия Ариадны и Ивана Антоновича помешали друг другу. Ну, будем ждать.
Толя Днепров разродился в «Искателе» повестью «Тускарора». Это ужасно.
Рецензию на Травинского в «Правде» читал, очень рад за него. А человек этот — какой-то правдист, Ариадна его не знает.
Теперь о моем приезде. В общем, очень рад, что вас, наконец, устроили. Победа над клопами, чаю, будет одержана своевременно, и у нас с тобой открытое время. Т. о. приезд мой ограничивается теперь только делами в Москве. Ты работай спокойно над рассказами, я буду здесь дожидаться исхода со сборником «Новая сигнальная» и, главное, судьбы «ТББ» в «Мол. Гв.» А пока потихоньку писать СвД. Но в самом крайнем случае приеду не позже 20-го. А если освобожусь раньше, просто дам телеграмму и приеду. Согласен?
Вот и всё пока.
Целую, твой Арк.
Статья Нудельмана о творчестве АБС сохранилась в архиве АБС. Ознакомившись с нею, понимаешь, почему АБС считали критические статьи Нудельмана о своем творчестве лучшими.
Прежде всего — необходимые пояснения. Можно ли говорить о фантастике Стругацких? Почему не о фантастике вообще или о молодой фантастике хотя бы?
А может быть, ворота стоят настежь, и незачем в них ломиться? Перелистаем страницы статей и обзоров. В меру нахвалив Жюля Верна и Алексея Толстого, критик торопливой скороговоркой перечисляет: Стругацкие пишут о кибернетике… Днепров тоже пишет о кибернетике… а вот Журавлева не пишет о кибернетике… В солидных статьях ломаются копья в поисках общих определений фантастики — и непременно всей сразу.
Вопросы ставятся так, будто фантастика представляет собой некое безликое и массовидное явление, интересное в целом и неинтересное в частностях.
Методы изучения целого сведены к примитиву — сопоставление имен и выискивание сходства. Диапазон оценок поразителен: от синтеза науки и искусства до их дурного гибрида. Время от времени, когда фантастика дает научный и литературный крен: вслед за романами-справочниками и рассказами на соискание ученых степеней косяком идут слащавые сказочки и околофилософские циклы — тогда критики толпятся у накренившегося борта, оживленно дискутируя: «Потонет или не потонет», торопливо стряпаются модно зауженные определения предмета: «Научные изобретения, открытия, еще не осуществленные в действительности…», «Не только и не столько завтрашняя техника, сколько завтрашний человек…». Зигзаги сложного пути насильственно распрямляются в безоблачно-ясную прямолинейность: «Фантастика опережает науку…», «Фантастика идет к литературе…».