Фьезоланские нимфы | страница 28
Упала, обмерла: а он с тоскою
Уж видит смерть на меркнущих чертах.
Обняв ее, он слезы льет рекою.
Холодный душу сотрясает страх
За жизнь ее; и ношу дорогую
Он сокрывает в сень ветвей густую.
CCLI
Так вместе с ней поникнув под ветвями,
Он левою рукой ее держал,
А правою покрытые слезами
Ланиты ей тихонько вытирал
С суровыми и грустными речами:
«О смерть, вот все, чего твой взор искал!
Ты счастья моего меня лишила,
А вместе с ним и мне — одна могила».
CCLII
Потом, лик помертвевший лобызая,
«Любовь моя! — взывал он. — Для чего
Злой этот день, судьбина эта злая
Нас разлучила!» Взора своего
С лица любимого все не спуская,
Все говорил — и клял он торжество
Своих желаний, что минутно было
И Мензолу так страшно оскорбило.
CCLIII
Но, скорбь излив над помертвелым ликом,
Что, бледный, не казался больше жив,
Его не раз в мучении великом
Слезами и лобзаньями покрыв,
Не в силах жить в. терзании толиком,
Решил убить себя. Вот уж порыв
Его с земли для смерти подымает —
Как он услышал: Мензола вздыхает.
CCLIV
Дух Мензолы по воздуху носился,
Час не один в блуждании провел,
И в тело наконец он воротился,
В свои вместилища опять вошел, —
Она пришла в себя, и вздох излился,
И стон из уст, и горестный глагол:
«Увы, увы, о если б умерла я!» —
Она рыдала, не переставая.
CCLV
Когда увидел Африко живою
Вдруг Мензолу, что, мнилось, уж мертва, —
Воскрес сердечной радостью одною,
Заговорил утешные слова:
«О роза ароматом и красою,
Я за тебя страдаю, ты права;
Но лишь не бойся и не ужасайся,
Моей защите крепкой доверяйся.
CCLVI
Ты мне всех благ дороже и желанней —
И ты теперь в объятиях моих.
Нет сердцу моему больней страданий
И безутешней — мук и зол твоих.
И горе мне, я мнил — предел терзаний! —
Что держит смерть тебя в цепях своих.
Моя рука меня разить готова,
Как слышу вздох твой и живое слово».
CCLVII
«Злосчастная, о, как я истомилась! —
Она сказала, взоры подняла. —
Зачем я, глупая, на свет родилась,
Зачем жива? — и слезы все лила. —
Зачем сама в тот день не задушилась,
В день первой встречи? Или б умерла,
Как облеклась в Дианины покровы:
Кабан бы растерзал меня суровый!»
CCLVIII
Ей молвил он: «Ах, не томись душою.
Смотрю — и сердце падает в груди:
Какою ты поражена тоскою,
Не видя утешенья впереди,
Считая жизнь свою такою злою.
Но от меня тревог себе не жди:
Сильней себя — тебя люблю; со мною
Ты будь навек желанною, одною.
CCLIX
А чтобы ты свободно доверяла
Такой любви, как я сказал сейчас,
Все расскажу я с самого начала:
Тому четыре месяца как раз,
Охотился, не думая нимало,
Книги, похожие на Фьезоланские нимфы