Люфтваффельники | страница 99



С чувством образцово выполненного долга, на выходе из здания, комбат довольно и сладко потянулся, аж до многочисленного и громкого остеохондрозного хруста в своих суставах и позвоночнике. Он остановился на крыльце казармы, чтобы глубоко вздохнуть чистого ночного воздуха. Полковник Серов широко и счастливо улыбался. Жизнь прекрасна!

Еще стоя на ступенях казармы, он услышал, как над его головой хаотично захлопали ставни окон — это 4-я рота активно боролась за свою жизнь и здоровье.

На подоконниках многочисленных окон, Пиночет увидел курсантов в нижнем белье, которые усиленно махали полотенцам и одеялами, стараясь выгнать из казармы протухший и отравленный воздух. Так же до него доносились следующие реплики с откровенно издевательским содержанием и нелицеприятными комментариями.

— Старый конь борозды не портит?! Ха-ха. Но и глубоко не вспашет. Поелозит по молодке и сразу сдохнет.

— Вот уж хрен! Какая молодка его к себе подпустит?! Пиписька давно уже сморщилась! К бабулькам, в дом престарелых и то, по записи, пока яйца совсем не отсохли.

— Провода «ложу» в сейф! Дурилка вонючая, не «ложу», а «кладу»! Ложат член, причем конкретно! Да, и по всей морде!

— А я реально думал, что не выдержу и наблюю. Нет, точно! Койка у меня на втором ярусе, вот Петровичу бы внизу досталось. Веришь, еле удержался?! До сих пор позывы на рвоту по кишкам шарахаются.

— И не говори! Сержант то наш, сейчас голову в раковине замачивает, аж зеленый весь. Того и гляди, всего наизнанку вывернет. Вот досталось парню! Ребята одеколоном платок смочили и под нос ему пихают! Пока, не очень помогает. Спазмы по телу так и бегают, трясет парня, надо с наряда снимать, не достоит до утра.

— А Пиночет то чего?! Получается — по ночам бигус подворовывает. Не может отвыкнуть от дерьма?! Вот бедолага. Жаль, конечно, человека! Его жена точно ТАКОЕ приготовить не сможет! Тут особый талант нужен, чтобы руки из жопы росли и еще секретные ингредиенты типа «зарин», «зоман» и обязательно «фосген» добавить. Для более качественного удушения.

— Пиночет же военный по пояс. Бигус для него — деликатес. Ностальгия! Понимаешь?! Круче всякой икры. Вот он по ночам по свалкам и ползает, за нами доедает.

— А чего ползать, мы ему весь бачок отдадим, пусть лопает, хоть в три горла жрет. Еще добавки накидаем.

— И чего он в этом говне полезного нашел?! Его даже свиньи на свинарнике не едят, рыло воротят, пока из лоханки не выкинешь.

— Мама родная, а как же его домой то, такого вонючего пускают?! Квартира по площади раз в триста меньше казармы. А у нас вонища такая, что того и гляди в окно выпадешь.