Полное собрание стихотворений | страница 77



Высока луна господня,
Высока.
Грусть томит меня сегодня
И тоска.
Просыпайтесь, нарушайте
Тишину.
Сестры, сестры! войте, лайте
На луну!

Февраль 1905

«В день Воскресения Христова...»

В день Воскресения Христова
Иду на кладбище, – и там
Раскрыты склепы, чтобы снова
Сияло солнце мертвецам.
Но никнут гробы, в тьме всесильной
Своих покойников храня,
И воздымают смрад могильный
В святыню праздничного дня.
Глазеют маленькие дети,
Держась за край решетки злой,
На то, как тихи гробы эти
Под их тяжелой пеленой.
Томительно молчит могила.
Раскрыт напрасно смрадный склеп, —
И мертвый лик Эммануила
Опять ужасен и нелеп.

17 апреля 1905

«Я к ней пришел издалека...»

Я к ней пришел издалека.
Окрест, в полях, прохлада.
И будет смерть моя легка
И слаще яда.
Я взоры томные склонил.
В траву роса упала.
Еще дышу. Так мало сил.
Так жизни мало.
Туман восходит, – и она
Идет, так тихо, в поле.
Поет, – мне песнь ее слышна, —
Поет о воле.
Пришел. Она ко мне близка,
В ее очах отрада.
И смерть в руке ее легка
И слаще яда.

25 апреля 1905

«Белый мой цветок, таинственно-прекрасный...»

Белый мой цветок, таинственно-прекрасный,
Из моей земли, из черной ты возник,
На меня глядишь ты, нежный и безгласный,
И понятен мне безмолвный твой язык.
Ты возник из тьмы, моей мечте навстречу,
Ты зовешь туда, откуда вышел ты, —
Я твоим вещаньям не противоречу,
К твоему дыханью наклонив мечты.

6 июля 1905

«День сгорал, недурно бледный...»

День сгорал, недурно бледный
и безумно чуждый мне.
Я томился и метался
в безнадежной тишине.
Я не знал иного счастья —
стать недвижным, лечь в гробу.
За метанья жизни пленной
клял я злобную судьбу.
Жизнь меня дразнила тупо,
возвещая тайну зла:
Вся она, в гореньи трупа,
мной замышлена была.
Это я из бездны мрачной
вихри знойные воззвал
И себя цепями жизни
для чего-то оковал.
И среди немых раздолий,
где царил седой Хаос,
Это я своею волей
жизнь к сознанию вознес.

15 июля 1905

«В чародейном, темном круге...»

В чародейном, темном круге,
всё простив, что было днем,
Дал я знак моей подруге
тихо вспыхнувшим огнем.
И она пришла, как прежде,
под покровом темноты.
Позабыл я все вопросы,
и спросил я: «Кто же ты?»
И она с укором кротким
посмотрела на меня.
Лик ее был странно бледен
в свете тайного огня.
Вкруг нее витали чары
нас обнявшего кольца,
И внезапно стал мне внятен
очерк близкого лица.

15 июля 1905

Швея

Нынче праздник. За стеною
Разговор веселый смолк.
Я одна с моей иглою,
Вышиваю красный шелк,
Все ушли мои подруги
На веселый свет взглянуть,
Скоротать свои досуги,
Забавляясь как-нибудь,