Белая пума | страница 58



—  Хедер, я только что покинул район озера Китсегуэкла. Буду около тебя через двадцать минут. Что случилось? Прием.

—  В ущелье появились охотники. Они идут по его следу. Полагаю, теперь нет смысла изъясняться загадками. Я посыпала следы перцем. Скоро ожидаю реакции. Прием.

—  Не нравится мне все это. Хедер. Оставь рацию на приеме. Буду вызывать тебя каждые несколько минут, чтобы охотники не подумали, будто ты одна. Они взбесятся от твоей выходки. Конец связи.

Едва въехав в ущелье, охотники вынуждены были спешиться и привязать лошадей. Казинс пошел впереди. Через три километра он остановился, понимая, что Хегелю с Таггартом требуется передышка.

Однорукий охотник и немец сразу же сели, а Казинс, свернув самокрутку, закурил и поднялся чуть дальше по тропе. Через двести метров перед ним выросла густая стена хвойного леса, в которой он заметил проход, проделанный Лансинг. Он немедля возвратился к своим спутникам.

—  Кто-то был здесь. Там в деревьях прорублен проход.

—  Проклятье! — прорычал Таггарт, вскакивая на ноги. — Может, это те защитники природы. Пошли.

Пятнадцать минут спустя охотники уже пробирались через густые заросли. Неожиданно собаки громко залаяли и стали рваться с привязи, носами тыкаясь в землю.

—  Есть, — вскричал Таггарт. — Собаки учуяли его.

Он спустил гончих, и те мгновенно скрылись из виду. Через восемьсот метров они выбежали к ручью и звонко залаяли, предупреждая, что обнаружили свежий след. Охотники ускорили шаг.

Хегель и Таггарт, ступив в ледяную воду, заохали, но Казинс быстро перебрался на противоположный берег и крикнул своим замешкавшимся спутникам:

 — Поторопитесь. Собаки напали на свежий след. Внезапно лай собак стих.

—  Что происходит, Стив? — окликнул напарника Таггарт. — Впервые слышу, чтобы собаки так неожиданно замолкали, идя по хорошему следу.

Казинс не знал ответа. Покинув спутников, он затрусил вверх по склону с карабином в руке. Через двести метров он остановился, чтобы перевести дух, и вдруг уловил странные звуки. Гончие жалобно скулили. Встревоженный, он ускорил шаг. Поскуливание переросло в вой. Казинс наконец выскочил на песчаный берег.

Четыре гончие катались по земле, лапами скребя морды и носами зарываясь в песок. Было ни то, что им очень больно. Казинс бросился к собакам, с трудом заставил одну задрать морду. Глаза гончей слезились, из носа текло. Он отпустил ее и поймал другую. Те же самые симптомы.

Хватая вожака своры, который, казалось, мучился больше остальных, Казинс заметил впереди один из нетронутых следов пумы. Отпечаток был засыпан красной пудрой. Казинс низко нагнулся к нему и принюхался. В носу немедленно появилось жжение. Он несколько раз чихнул, потом обслюнявил палец, макнул его в пудру и лизнул.