Радужные анаграммы | страница 40
— Поэтому ты и решил, что Биркенау — плагиатор?
— Вряд ли он жертва злостного и коварного ограбления, Сашка. Да черт с ним, с Биркенау. Мне теперь надо искать математика в отдел.
Гарольд откусил от «Одина» изрядный кусок.
— Это из первой партии, — он блаженно прикрыл глаза, — апельсина как надо. Умейте так делать! Сашка, ты сам не знаешь, чего себя лишил по собственной тупости.
— Предпочитаю российский шоколад, — сухо сказал я, — да и то по праздникам.
— Что касается шоколада, то тут я не патриот, однозначно, — промычал Гарольд с набитым ртом.
— Гарольд, а меня в свой отдел возьмешь? — спросил профессор де Краон.
Гарольд поперхнулся шоколадом.
— Вас!? В мой отдел?
— Почему нет?
— Но… я не смогу дать Вам ставку выше полной профессорской, а Ваш ранг в лондонском Королевском Обществе…
— Я специалист по многомерным теориям и высшей топологии, Гарольд, что еще нужно?
— Но ставка… и сколько же Вы хотите получать в месяц?
— Как профессор. Устроит?
— Меня-то устроит!
— Значит, почти договорились.
— Почему «почти»? У Вас есть еще условия?
— Мое назначение добавит Вам серьезных проблем с Биркенау.
— Да что у Вас там с ним такое произошло?
— Я некоторое время с ним работал.
— А потом?
— А потом в цене не сошлись.
…Мой друг взялся отвезти Реджинальда, а я пошел пешком домой по лениво просыпающейся летней Москве. Разговоры о «черных ящиках» оживили в памяти наши с Гарольдом студенческие годы и лекции профессора Бенсельвана.
… - Здра-авствуйте. Зовут меня Эрли Бенсельван. Э-р-л-и, да. Нет, не уменьшительное, шутники сейчас пойдут за дверь. Профессор кафедры кибернетики, комната номер 666. Курс наш называется «Элементы современной автоматики». Рассчитан на два года. В конце каждого полугодия — зачет и экза-амен. Вопро-осы? Тогда на этом с лирикой все, начинаем лекцию.
Поговорим сегодня о «черном ящике». Наверняка все о нем что-то слышали в школе, при изучении самолетов, но строгого четкого определения вы, разумеется, не зна-а-а-ете.
Понятие «черный ящик» появилось в физике или даже скорее в информатике еще в девятнадцатом веке. На первых порах это понятие просто обозначало такое символическое «устройство», для которого необходимо лишь, чтобы некоторому набору параметров «входа» соответствовал определенный набор параметров «выхода». А по каким правилам, законам, алгоритмам работает такой «ящик», какими уравнениями можно описать его «внутренность» — никого не интересовало. Более того, забегая вперед, скажу, что нас и теперь не должно это интересовать. Нам нужно только уметь правильно задавать начальные данные и уметь анализировать полученные результаты. Про внутреннее устройство «ящика» мы можем только сказать, что оно должно подчиняться самой общей системе аксиом, о которых я скажу позже, когда вы уже познакомитесь с элементами высшей математики. И мы с вами рассмотрим простейшие математические модели механического и биологического «черного ящика».