Слаще жизни | страница 27



Поездка в такси, казалось, никогда не кончится. Они сняли номера в отеле в Александрии, чтобы оказаться к югу от Вашингтона и таким образом избежать утренних пробок по дороге в Капитолий.

Когда Ник добрался наконец до отеля и вошел в вестибюль, двери лифта как раз закрывались, пряча от его глаз что-то шифоновое цвета шампанского. Он подскочил к лифту и стал непрерывно нажимать кнопку вызова, пока не пришла вторая кабина. Поднимаясь наверх, он думал, что будет говорить, когда догонит ее.

Когда Ник вышел из лифта, ему опять показалось, что он уловил слабый запах знакомых духов. Желание быть с Эвой творило с ним нечто такое, чего он раньше никогда не испытывал.

Он подошел прямо к ее двери и постучал. Сначала никто не ответил. Второй раз он постучал кулаком, испугав пожилых супругов, выходивших в этот момент из своего номера.

Он пробормотал: «Извините», они взглянули на него глазами перепуганных кроликов, а потом дверь перед ним чуть-чуть приоткрылась.

– Да?

Ник улыбнулся.

– Эва, мне нужно вас видеть. Ее глаза округлились.

– Сейчас? Что-то случилось?

– Нет. То есть да. – Он нетерпеливо провел рукой по волосам. – Послушайте. Я просто хочу поговорить. Можно мне войти?

Он увидел, что она протянула руку к цепочке.

– Дайте мне секунду, потом входите. Я раздевалась. – Она закрыла дверь, потом он услышал, как звякнула снятая цепочка.

Затем дверь снова приоткрылась.

Как только последние слова дошли до его сознания, он тут же забыл ее просьбу подождать и сразу толкнул дверь.

Спеша скрыться в ванной, она успела добежать до середины комнаты. В глаза ему бросились две полоски розового шелка. Одна имела вид узкой ленточки, тянувшейся поперек голой спины, а другая – перевернутого треугольника, который оставлял открытыми полушария ее восхитительных, не тронутых солнцем ягодиц. Все остальные части тела и длиннющие ноги были покрыты идеальным загаром.

Когда она пробегала мимо зеркала, он с силой втянул в себя воздух. Отражение позволило ему увидеть глубокий вырез ее бюстгальтера, почти не прикрывавшего грудь. Ее фигура оказалась, вопреки его представлениям, довольно пышной, а напредставлял он себе порядочно за последние несколько часов! Он услышал грудной смешок, потом Эва нырнула в ванную и закрыла дверь.

Когда она через несколько минут снова появилась в комнате, мозг Ника был все еще затуманен выжженным у него на сетчатке образом, так что ему пришлось поморгать, чтобы зрение прояснилось. Она надела длинный, ниспадающий до пола, черный восточный халат с расширяющимися книзу рукавами и рисунком из розовых камелий. Его воображение тут же начало отворачивать черный шелк в поисках скрытого под ним розового кружева.