Как прелестна роза | страница 48
В отчаянии Кристал решила разыграть свою последнюю карту.
— Если ты отвезешь меня в Кэмп-Браун, я никому и словом не заикнусь о тебе. Просто сообщу властям, где находятся остальные пассажиры. А ты сразу же покинешь форт. Исчезнешь.
— Я не могу этого сделать.
— Неужели ты не понимаешь, что Кайнсон ненавидит тебя? Тебе нужно золото. А если Кайнсон не захочет делиться? — От бессилия она готова была разрыдаться. — Я не выдам тебя. Отвези меня в Кэмп-Браун. Ты ведь не бандит. Поступить так, как ты вчера, способен только человек с добрым сердцем…
— Забудь про вчерашний вечер, — вспылил Кейн. — Ты ошибаешься, полагая, будто я могу помешать осуществлению задуманного. Чему быть, того не миновать.
И если ты будешь сговорчивее, то, может быть, нам всем удастся выбраться из этой переделки живыми.
Надежда покинула ее, испарилась, как вода в реке во время засухи. Кристал отодвинулась от Кейна, устремив взор в бескрайнюю даль стелющейся зеленым ковром прерии. Больше говорить было не о чем.
Кейн в сердцах натянул поводья. Лошадь остановилась.
— Какое тебе дело до моей шеи? Подумай лучше, как спасти свою задницу.
Девушка молчала. Тогда Кейн, тряхнув ее за плечо, опять спросил:
— Почему ты так беспокоишься за мою жизнь?
Кристал пристально посмотрела на разбойника.
Так же, как и Кейн, она не на шутку рассердилась.
— Потому что у нас с тобой схожие судьбы, Кейн. Только поэтому. Я хорошо понимаю тебя. На нас с тобой устроили охоту, словно на диких зверей. Я не заслужила такой участи. Может быть, ты тоже. Тогда докажи, что это так. Отвези меня в Кэмп-Браун.
Его рука еще крепче сжала плечо девушки.
— Твой муж… это он преследует тебя или… — начал Кейн и умолк, прокручивая в голове все возможные варианты.
— Ну, не стесняйся. Можешь думать самое худшее. Другие ничего иного и не предполагают. — Кристал постоянно помнила, какая горькая правда заключается в се словах.
Кейн внимательно вглядывался в ее глаза, в прозрачные голубые хрусталики, искрящиеся в лучах ослепительного солнца.
— Нет… — медленно произнес он, — ты его не убивала. Ты бы не носила эти траурные одежды, если бы сама убила его. Не стала бы оплакивать мужа, которого собственноручно лишила жизни.
— Нет, не стала бы, — прошептала Кристал, вновь с беспокойством ощутив, как ее наполняет чувство глубокой признательности к разбойнику. Она три года скитается по свету, скрываясь от правосудия. Маколей Кейн — первый человек, который сразу поверил в ее невиновность, не требуя доказательств.