Ночь крови | страница 63
— Трон с благодарностью принял приглашение от своих наиболее учёных и верных слуг, — любезно ответила Мариция.
Немедленно со стороны галереи одинокий трубач вывел три чистые ноты, и страж с факелом прикоснулся к пирамиде промасленных дров. С оглушительным хлопком занялось сухое дерево — заседание Высшего Круга началось.
Теперь наступила очередь секретаря:
— Рог прозвучал! Пламя вспыхнуло! Теперь каждое произнесённое слово будет официально занесено в протокол, помните об этом, и да не прозвучит моё предупреждение во второй раз!
После его слов стражники одновременно с лязгом захлопнули засовы на всех дверях.
Формальности были соблюдены, и Мариция протянула свиток Главе Круга. Лотан быстро пробежал его взглядом и обернулся к залу.
— Братья и сёстры! — закричал он. — Я держу в руках постановление императора относительно тех Домов, которые поддерживали своими действиями жалкого Чота и его Дом!
Грохот и топанье ног раздалось со всех сторон — это сановитые минотавры и их свита выражали своё отношение к предателям империи. Шум усиливался и нарастал, казалось, что никто из присутствующих никогда не вёл дел и торговли с Домом Келинов, а всегда считал их грязными предателями.
— Это справедливое и продуманное решение! — продолжил Лотан. — Пусть перечисленные кланы в полной мере испытают на себе кару за низкое предательство!
Заговорили тяжёлые барабаны, выводя бесконечную песнь, — два долгих удара, два коротких. На постамент вынесли щит с наваленными на него рулонами разноцветной ткани. Члены Круга встали и торжественно направились к нему.
Барабаны, выдав дробь, замерли.
— В этот час, — продолжал советник, — в этот великий день указом императора все указанные выше Дома теряют свои привилегии. Все их имущество отныне конфискуется в пользу трона с последующим распределением среди народа. Все, кто им прислуживал, будут отправлены на шахты, а имена ренегатов — навсегда стёрты из памяти. Все записи и упоминания о предателях должны быть уничтожены. Любой законопослушный гражданин империи обязан забыть о них навсегда, как будто изменников не существовало.
Патриархи склонили головы в знак согласия, а зал взорвался новым шумом — одобрения мудрости Хотака. — Итак, приступим! — Лотан поднял руку.
Один из патриархов выступил вперёд и взял свёрнутую ткань, оказавшуюся знаменем. Он передал её прислужнику, и тот двинулся к пылающей жаровне, развернув флаг так, чтобы все присутствующие смогли его разглядеть. На зелёном полотнище виднелся оранжевый краб.