Твин Пикс: Воспоминания специального агента ФБР Дэйла Купера | страница 70



Только Уиндом и я вошли в здание без помех. Я уложил одного из преступников: он выбежал из комнаты, где держали заложников, и принялся палить из пистолета в парадную дверь. В моем рапорте говорится, что я приказал ему остановиться и бросить оружие. Он не подчинился. Тогда я дважды выстрелил из пистолета, обе пули попали ему в грудь. Он выстрелил един раз (пуля угодила в пол) и рухнул замертво. Второй преступник сдался без сопротивления.

Поступая в ФБР, я вовсе не собирался отнимать у кого-то жизнь, напротив, я хотел охранять и беречь жизни других людей. Теперь я прошел по мосту, к переходу через который нас не готовили ни на каких тренировках, я иду

неведомо куда. Я не знаю, куда ведет этот мост. Как полагается в ФБР, в случаях применения оружия со смертельным исходом, мне дали несколько свободных дней, чтобы я мог прийти в себя и спокойно оценить случившееся. Уиндом пригласил меня на завтра к себе — пообедать и сыграть с ним партию в шахматы.

Я позвонил папе и рассказал о сегодняшием несчастье. В его голосе я уловил печаль. Он понимает, что я теперь стал членом клуба, куда не стремится попасть ни один мыслящий и тонко чувствующий человек. Он не искал для меня слов утешения, поскольку знает, что мои переживания невозможно выразить словами.

2 мая, 9 часов утра

Диана прислала мне цветы, а мистер Балдини — полдюжины булочек разных сортов. Я спал отвратительно:

всю ночь мне чудилось, что я стреляю и моя рука при отдаче дергается.

2 мая, 11 часов вечера

Играть в шахматы мне еще учиться и учиться… Уиндом обыграл меня в семь ходов. Его жена Каролина — изумительная женщина. Когда мы с ней ненадолго остались наедине, она рассказала мне о том, как Уиндому пришлось впервые пустить в ход оружие, и выразила надежду, что на меня это не произведет такого ужасного впечатления и — в отличие от истории с Уиндомом — не искалечит мою жизнь. Не понимаю, что она имела в виду?

12 мая, 3 Часа дня

Еще в нашей конторе принято после применения оружия направлять сотрудников к штатному ФБРовскому психиатру; я сегодня провел с ним целый час, обсуждая случившееся. Я подозреваю, что этот лекаришка был эмоционально ущербным ребенком и рос в пещере с дикими зверями.

15 мая, 11 часов утра

Меня засадили за бумажную работу, и надежды на скорое избавление от нее нет никакой. Зря я, наверное, посоветовал психиатру помириться с отцом и не обвинять мамашку в том, что ее сына тянет к другим мужчинам.

10 июня, час дня