Театр двойников | страница 38
Алена развела руки в стороны — ничего не поделаешь. Достала пудреницу, кисточку и стала поправлять макияж.
Лена смотрела на нее с бессильной яростью. Почему, собственно, бессильной? Почему всем гадам и гадинам прощать — в кино, в жизни? Руки Лены задрожали сильнее, дрожь перекинулась на голову, ноги — все тело.
Посетители кафе опешили и несколько минут наблюдали редкую сцену. Сидели за столом две женщины, мирно беседовали. И вдруг одна хватает чашку с кофе и плещет в лицо другой. Потом в ход идут другие “снаряды” — стаканы с соком, тарелочки с пирожным…
Та, которую атакуют, истошно верещит. Та, которая нападает, кричит в голос:
— Сучка! Если ты из породы собак, то не живи с людьми!
Их стали разнимать, когда Лена, захватив край, подняла столешницу вверх и с размаху припечатала Алене точно в лицо. Алена вместе со стулом упала назад, накрытая столом.
Мужчина, который заигрывал с Аленой, держал Лену. Больно и профессионально выкрутил ей руки назад, как преступнику. Прибыл любовник Алены, чернявый и лысый.
— Что здесь происходит?
Алену уже подняли с пола. В грязных потеках, в кремовых пятнах, с расквашенным носом — хороша невеста! Лена едва удержалась от радостного вопля.
— Полегче! — попросила она мужчину, заломившего ей руки.
— Что здесь происходит? — повторил любовник.
— Здесь срываются маски, — ответила Лена. — В данный момент вы видите истинное лицо своей будущей жены.
Спустя много времени свекровь спрашивала Лену:
— Доченька, как же ты могла дебош устроить? Ведь ты у нас комара не обидишь! А тут! Алене в больнице сломанный нос ремонтируют, тебя в милицию забрали, судом грозят. Борис и Глеб с ног сбились, чтобы тебя вызволить.
— Не знаю, мама. Какое-то затмение нашло, точно внутри что-то взорвалось. Так захотелось справедливости! Как воздуха! И ни о чем я не жалею. Уехала бы Алена тайно, хвостом махнув, Глеб страдал бы, Борис мучился, и мы с вами, глядя на них, плакали. А что вышло? Некогда им было страдать, надо меня из КПЗ вытаскивать. Ох и компания там! Кроме того, мальчики не могли побить Алену, а она заслуживала! Всякая сучка заслуживает пинка под хвост! Сучки об этом даже мечтают!
Свекровь подумала: посидев недолго за решеткой, Лена нахваталась там вульгарных выражений.
ПОДКИДЫШ
Дочери было три месяца, когда Зоя Скворцова попала с ней в больницу. Огромная палата, разделенная стеклянными перегородками на боксы. В каждом боксе младенец до года и мамаша. В соседнем с Зоей боксе лежала пятимесячная девочка, одна. Привезли из Дома ребенка с подозрением на воспаление легких. Казалось бы, все дети в младенчестве похожи друг на друга, но сиротка отличалась от домашних. Не капризничала, не гукала, не улыбалась, не просилась на руки. Лежала, как поваленный столбик, молча. На шее “медальон” — пустышка на веревочке. Остальные дети с рук не слезали, а эту покормят, помоют, уколы сделают, пустышку в рот воткнут — и весь уход.