Важняк из двухтысячных. Внедрение в ЧК | страница 90



"Не иначе Крупская сунула свой нос в колонию и методика воспитания Макаренко ей показалась буржуазной" — я озадаченно потер затылок — придется выезжать с утра после пробежки, пропустив тренировку!


После утренней пробежки я оседлал своего жеребца, выносливого с черной шелковистой шерстью, отвлекающегося на кличку Зверь и пока мой транспорт легкой рысью нес меня к цели, я искал выход как обуздать глупые порывы души женушки вождя.

Я прекрасно знал из исторической литературы отношение Крупской к Макаренко. Его обвиняли в увлечении дореволюционной педагогикой, авторитаризме, жестокости и даже рукоприкладстве. Его систему называли «несоветской», а самому педагогу даже грозил арест. Основатель советской школы — супруга Ленина Надежда Крупская жестко критиковала его, мол, не место такой политике воспитания в советской системе. Интересно, что основные принципы воспитания у педагогов совпадали: и тот и другой говорили о коллективизме и самоуправлении, оба ставили главной целью педагога развитие личности. Только у Макаренко эти принципы работали на детей, а у Крупской — на строителей социализма.

Учителю в педагогике Крупской отводилась роль проводника политики партии, он же должен был наставлять родителей в правильном направлении. Школьником же должны двигать горячая любовь к родине и умение бороться за торжество коммунизма. Крупская настаивала на интересной, полноценной, насыщенной жизни для будущих строителей коммунизма, у которых нет ничего, кроме родины. Макаренко говорил: «Дети не готовятся к труду и жизни, они живут и трудятся, мыслят и переживают и к ним надо относиться как к товарищам и гражданам». Дети у него были «убежденными хозяевами» своей коммуны, школы.

Еще издали, при виде Ивановского дворца с его белоснежными колоннами меня охватило восторженное чувство неземной красоты — строение напоминает белого лебедя, взмахнувшего своими крылами. Величественная планировка, строгость русского классицизма поражает своей утонченностью.

В шестнадцатом году году, владельцы передали имение «Ивановское» безвозмездно Московскому городскому самоуправлению с целью устройства лечебно-воспитательного заведения для детей-сирот. На эти цели Бахрушины выделили капитал в двести тысяч рублей.

С марта по октябрь семнадцатого года в усадьбе размещался Совет рабочих и солдатских депутатов. С начала этого года здания усадьбы использовались как общежитие для жилья рабочих заводов, прибывших в Подольск из Петрограда и Риги.