Миллион поцелуев в твоей жизни | страница 38
“Крю!” Она визжит. ”Что ты делаешь?"
“На что это похоже?” Она наклоняет голову в мою сторону, и наши лица так близко, что я могу разглядеть слабые веснушки на ее носу. Конечно, у нее есть веснушки. Она воплощенная нежность.
“Я сижу за своим столом”.
“Я же сказала тебе пойти посидеть за моим”. Для человека, который выглядит готовым проглотить свой язык, она чертовски спокойна. Единственным признаком было быстрое биение пульса у основания горла. Ее губы приоткрываются, из нее вырывается легкое дыхание, и мне интересно, что бы она сделала, если бы я наклонился и прижался губами к тому месту, где бьется ее пульс.
Она бы, наверное, взбесилась до чертиков.
“Я же говорил тебе вчера, что мне не нравится сидеть впереди”. Я провожу пальцем по центру ее спины, и она подпрыгивает. “Думаю, нам придется поделиться”.
Звенит звонок, Сков заходит в последнюю минуту, делая двойной дубль, когда видит, что мы с Рен занимаем одно место. “Разве вы двое не выглядите уютно?”
Из класса доносится нервный смех, включая Эз. Рен садится прямее, ее руки все еще лежат на моей парте, ее внимание обращено к учителю и ни к кому другому.
Я не утруждаю себя тем, чтобы смотреть на Сков. Я слишком восхищен изящным изгибом уха Рен. Крошечная жемчужная сережка, усеивающая мочку уха. Гладкая кожа ее шеи, какие идеально блестящие и прямые ее темные волосы. Она приоткрывает губы, ее взгляд быстро скользит по моему, прежде чем она отводит взгляд.
Она чувствует на себе мой взгляд. Хорошо. Я заставляю ее чувствовать себя неловко?
Или ей это нравится? Мой голос неудобен. Она не привыкла к мужскому вниманию.
“Крю, сядь, пожалуйста, где-нибудь в другом месте”, - приказывает Сков.
“Рен сидит за моим столом”.
Я могу сказать, что Сков слегка удивлена. Она указывает на пустое место Рен.
“Тогда иди и сядь за ее стол”.
“Мне не нравится сидеть впереди”.
“Я уверена, что ты сможешь”. Сков скрещивает руки на груди. “Давай же”.
“Я пересяду”, - говорит Рен, посылая мне еще один из тех быстрых взглядов. Она не кажется сумасшедшей. Скорее, она боится пойти против власти. “Я не возражаю”.
Эзра и Малкольм оба стонут от неудовольствия, потеряв свою восторженную аудиторию, и я посылаю им убийственный взгляд.
Это никак не поможет им заткнуться, придурки.
Рен соскальзывает со стула, который мы делим, и я сразу же начинаю скучать по ее теплу. Ее запаху. Она напугана, если судить по ее трясущимся рукам, когда она хватает свой блокнот с моего стола и прижимает его к груди.