Жизнь за гранью | страница 30




Проснулся я от прикосновения маленьких ладошек. Лёнечка, усевшись на меня верхом, гладил мои щёки и вздыхал сквозь катящиеся слёзки и шмыгающий носик: «Папочка… папка… папочка…» Я обнял сына, и из моих глаз брызнули слёзы. – Но это ведь совсем не зазорно – когда двое мужчин плачут от счастья.

Петерс. Экскурсия по монастырю


После завтрака близняшки пригласили нас погулять и мы с радостью согласились. Одни из дверей трапезной вели в небольшой внутренний дворик, украшенный фонтанчиками, растениями и живописными гротами. Петерс предложил нам экскурсию по монастырю и вскоре к нам присоединились остальные дети и некоторые взрослые. Рассказы были красочны и увлекательны, но выдержать их количество сумели далеко не все. А после монастырского общежития, где за каждой дверью притаились десятки историй, из чужих, осталась только одна девочка.


– Здесь такая скукотища, – подошли к ней близняшки, когда мы перешли в храм, – пошли лучше поиграем.

– А мне интересно! – приняв надменный вид, ответила девочка.

– Конечно интересно, – подхватили другие дети, – но экскурсия сильно долгая. Петерс, можно мы дослушаем её в другой раз?

– Простите, я увлёкся, – рассмеялся монах, – ведь для вас это всего лишь истории, а для меня – прошедшая жизнь. Конечно бегите! Но не забывайте: через пол часа все по своим кельям готовиться к послеобеденным занятиям.

– А как они узнают время? – удивился я.

– Кроме солнечных часов внутреннего двора, у нас ещё имеются большие песочные часы и… – он лукаво улыбнулся, – обычные механические.


Все рассмеялись, и стайка детей растворилась в сумеречных стенах притвора. С нами осталась только одна, незнакомая мне, девочка.

– Адри! А ты почему не бежишь? – весело спросил Петерс.

– Мне интересно здесь, с вами, – ответила девочка, густо покраснев.

– Хорошо! – пожал плечами монах, – только на пол часа, а потом ты отправишься в свою келью готовиться к занятиям, как все!

– Я уже всё выучила! – возразила Адри.


Монах молча отвернулся от неё и продолжил рассказывать про храм, его историю и жизни людей, связанных с ним. Однако, по прошествии 30 минут, он строго посмотрел на девочку: «Адри! Тебе пора!» Взгляд его был настолько суров, что меня самого словно холодом обдало. Девочка беспомощно посмотрела на нас. «Пусть останется», – попросила Фрума. «Распорядок един для всех! Они должны учиться!» – тоном не допускающим возражений сказал Петерс.


Девочка, чуть не плача, убежала, а Петерс предложил нам помолиться. Сам он совершил молитву в алтарной части. Завершив молитву, Петерс повёл нас на хоры. На нижних ступенях лестницы он остановился и пошептал что-то Лёнечке на ухо. «Подожди нас здесь, мы скоро вернёмся!» – громко сказал он ребёнку. Лёнечка послушно уселся на ступеньки, а мы пошли дальше, слушая о знаменитых музыкантах и певчих взращённых в этих стенах.