Причем он же ничего обидного в тот раз не говорил! Иногда случается сказать человеку что-нибудь неприятное, что поделаешь. Но тут он только попробовал проанализировать тот факт, что ленты у Хавы того же цвета, что камень в перстне Мойши... А его выгнали.
С Эстер происходят совсем уж интересные вещи. То она обиделась на него вообще без всякого повода и на его вопросы отвечала что-то типа: "Сам подумай". То пришла и говорила с ним - все нормально, и вдруг начала плакать и убежала. Он-то знает, в чем дело: это не Эстер обижается на него или плачет. Это бес в ней стонет. Пусть поплачет, голубчик. Бар-Йосеф, естественно, не только не стал ее утешать, но и выразил всем видом свое удовольствие от происходящего... Все разбегаются, и, значит, так надо. Но если так, когда же найдут его те Двенадцать и те Семьдесят, которых он видел во сне, и, значит, они точно-точно будут?..
Во время этих-то невеселых мыслей и зашел Меньшой.
За две недели, которые он живет отдельно, жрет все подряд и не стелит постели, его отношение к Святому заметно улучшилось. А тут пришел пожаловаться на такой случай: в поисках языковой практики познакомился он на базаре с местным богатым, по крайней мере на вид, купцом. Тот оказался на диво словоохотлив и дружелюбен. Даже пригласил Якова в гости. А когда Меньшой пришел... Тут рассказ стал особенно невнятным и бестолковым. Но ясно было, что купец пытался, и весьма настойчиво, склонить его к содомскому греху, и бедняга еле унес ноги...
Яков если чего и не ожидал, так это восторга, который вызовет у брата его рассказ. За пять минут до того мрачный как туча, теперь Бар-Йосеф светился весельем и радостью и, активно жестикулируя, почти кричал:
- Аха! Так вот оно как произошло! Объяснить тебе? Объясню! Ты Сатане молился?
- Я? - искренне удивился и полуужаснулся Яков. Теперь, когда надобность противостоять вечному давлению Святого отпала, вместе с душевным покоем к нему вернулась и естественная для любого еврея бытовая религиозность.
- Ты, ты! Кто кричал "Слава Сатане!" буквально на этом же месте?! Аха, точно вспомнил?
- Причем тут?.. - робко спросил красный, как рак, Меньшой.
- Как при чем? Тебе языковая практика нужна была? Вот, говорит тебе Сатана: бери, пожалуйста, пользуйся. Может, еще и деньжонок перепадет. Ты же богатства тоже просил? - Нет, Яков не просил у Сатаны богатств. Только - овладеть языком. Но возражать не посмел. Тем более, что мало ли о чем он не молился вслух? В душе-то разбогатеть кому не хочется... - Вот, говорит Сатана, Яков, и язык держи, и деньги. Дарю, как могу. По-другому, извини, не умею.