Путёвка в спецназ | страница 24
Рогожин улыбается:
— А как парни тебя ждут! Барана у местных выменяли, шашлык маринуют… Помнишь коньяк, который вы с Тунгусом сперли у начштаба?
— Помню! — непроизвольно губы расползаются в улыбке. — Мы тогда решили вам свою крутость показать! Ну, Тунгус и предложил…
— Тунгус? А я думал твоя идея!
— Нет, Тунгуса! Очень он хотел вас удивить, вы же для него как бог были…
Оплетка на руле жалобно заскрипела, когда командир стиснул побелевшими, от напряжения, руками руль.
— Я знаю… — и, помолчав, вдруг грустно улыбнулся, — она у меня до сих пор лежит. На дембель вам подарить хотел… Теперь помянем Ваньку и Антона…
Тихий, весенний вечер: горит костер, тлеют угли в мангале, разносится дразнящий аромат томящегося над углями мяса… Ребята: сидят вокруг костра, старший прапорщик Иванов: колдует возле мангала. Рогожин разлил по стаканам бутылку коньяка. Вышло совсем по чуть-чуть, что такое пол литра на десять человек… Встал и, прокашлявшись, начал:
— Все знают происхождение этой бутылки? — парни грустно улыбаются, конечно, эту историю знают все. Ведь нашу добычу рубали всем коллективом! Командир качает головой: — Эх, не так она должна была быть распита… — и, поперхнувшись, севшим голосом продолжил, — Егор, Саня может вы, скажете?
— А можно я спою? — неожиданно предложил Саня. — Песня тут родилась…
— Я не против, песня это хорошо…
Сашке подали гитару, проведя пальцем по струнам, он начал:
— Простите если не слишком складно — уж как смог…