Итак, история… (О писательском ремесле) | страница 10
Жизнь многообразна, и любое ее проявление интересно.
И все же существует состояние, о котором никто не будет читать.
Мы с детства помним, что после «и жили они долго и счастливо» следовало одно только слово – «конец».
«Долго и счастливо» – это смерть истории, пенсия для героя.
Допустим, мы перешагнем этот барьер, и напишем, как оно происходит, это пресловутое «долго и счастливо». Наша героиня умна, красива, замужем за любимым человеком, который тоже ее любит и преисполнен всех мыслимых и немыслимых достоинств. Дом – полная чаша, и если наша героиня зарабатывает на хлеб, то только потому, что занимается любимым делом, в котором преуспевает именно настолько, чтобы и себя реализовать, и семье не навредить. У нее прелестные дети, умненькие, красивенькие и здоровенькие. Словом, человек достиг всего, чего хотел, счастлив и доволен судьбой.
Понравится ли нам такая книга? – да никогда! Жить так мы хотим, но читать об этом – увольте.
Ага, кажется, мы определили абсолютный ноль в шкале интересных историй, – это та точка, где герои ни в чем не нуждаются. Абсолютное счастье.
По логике, на другом полюсе должно располагаться абсолютное несчастье.
Сделаем негатив, и вот наша героиня глупая, страшная и одинокая, и не просто не пользуется взаимностью, но пребывает в таком отчаянии, что ни в кого даже не влюблена. Она нищая, работы нет, средств к существованию тоже, она не живет, а выживает, и потребности не простираются дальше куска хлеба. Вызовет ли подобная история жгучий интерес читателя? Несмотря на то, что смакование нищеты и упадка считается в русской литературе хорошим тоном, мне все же кажется, что навряд ли.
Тем не менее, с этой историей мы уже не на абсолютном нуле. Мы немножко сдвинулись, потому что у героини есть потребность, пусть это всего лишь кусок хлеба. Ей нужно утолять голод, а обстоятельства жизни таковы, что ей недостаточно просто протянуть руку, чтобы взять еду.
Есть такой тост: «я имею желание купить дом, но не имею возможности. Я имею возможность купить козу, но не имею желания. Так выпьем за то, чтобы наши желания всегда совпадали с нашими возможностями».
В общем-то, все истории живут в пространстве между козой и домом. Герой хочет одного, а может совершенно другое.
Потребность героя – одна из мощных движущих сил повествования. Персонаж должен или отчаянно в чем-то нуждаться, или страстно к чему-то стремиться, и это что-то не должно находиться на расстоянии вытянутой руки.