Семь фунтов брамсельного ветра | страница 113



Но за грустными мыслями, поглубже, шевелилось и хорошее. Память о том, как храбрый Паша вел нас тайным подземным путем. Его история про выброшенный револьвер («Нихт шиссен!»). И Томчик с его беззащитной доверчивостью… И запах снега, и яркие звезды…

Операция «Грусть»

1

Прямо на площадь ребята вытащили усилитель и динамики. Человек пять встали с гитарами и аккордеоном, а человек двадцать просто так — хор. Это и были девчата и мальчишки из дворцового хора. И, кажется, еще из эстрадных «Утят». Они очень дружно пели:

Едет, едет ППЦ
С гордой миной на лице.
Скоро будет он хозяин
В Арамеевском дворце!
Крах терпел он много раз:
Дал пинка ему Кавказ,
И в реформе он военной
Выше копчика увяз!
Но теперь — гляди любой! —
Он ужасно горд собой.
С целой тыщей ребятишек
Трудный выиграл он бой!

Чтобы никто не путался в словах и мог подпевать, слова эти были написаны на двухметровом плакате, поднятом над головами.

Конечно, это был не пикет. Был это митинг или, точнее, демонстрация. Народ выстроился даже не в три ряда, как обещал какому-то референту директор, а в пять или шесть. Правда не вокруг всего дворца, а перед его фасадом. Ведь именно к парадному входу с колоннами и гранитным крыльцом должен был подкатить генерал со свитой.

Я даже представить не могла, что соберется столько ребят! Когда они работают в разных кружках, в разных комнатах и в разное время, совсем не заметно, что у Дворца такое население. А когда все вместе… ого!

Наша «корабельная компания» держалась плечом к плечу: Пашка, Лоська, Люка, Стаканчик, я. И Томчик был с нами. Люка объяснила:

— Мать не хотела его пускать, а отец сказал: «Пусть идет, может хоть немного научится смелости…»

Все-таки ненормальный у него папаша. Томчик же не проявлял никакой боязни, сам рвался на митинг!

У памятника декабристам стояли милицейский газик и автобус. Изредка оттуда доносился мегафонный голос:

— Граждане педагоги! Потребуйте от детей, чтобы они разошлись! Вы несете полную ответственность за возможный инциденты!

— А вы не устраивайте их, инциденты-то! — ответил тоже через мегафон директор Федор Федорович. — Уберите дубинки! — Потому что из автобусов вышли и стали редкой цепочкой человек десять в камуфляже и беретах, и с дубинками у пояса, разумеется…

— Граждане педагоги! — продолжал вещать милицейский чин ровным и безнадежным голосом: — Митинг не санкционирован! Дети и вы поступаете незаконно! Это может иметь последствия!..

Я увидела, как директорским мегафоном завладел Петруша.