Нюша | страница 32



Мама перевела взгляд от окна ко мне, в нем я прекрасно видела вину:

- Да уж, хорошая из меня мать получилась, так настроить ребенка против собственного отца. Но это не правильно…

- Ма, давай не будем. Я уже давно не ребенок и что правильно и что не правильно в моей жизни сама прекрасно вижу. - Я не рискнула сообщить ей о «пламенно» встрече с папочкой, пусть каждая из нас останется при своем мнении. Да и вообще, приходилось сдерживаться, что б привычно не нахамить и не огрызнуться. - Он говнюк, и давай лучше в нашей новой семейной истории не вспоминать о нем. У него есть, кому о нем думать, а нам этого не нужно.

- Что ж, ты права. Давай попробуем жить без прошлого. - Мама тяжело выдохнула и вмиг нацепила на лицо улыбку. - Лучшее что у меня осталось от нашей с ним любви все равно всегда со мной - это ты, моя радость. Я всегда буду ему благодарна за тебя. А тебе, за то, что ты у меня такая умница.

Мама склонилась ко мне и поцеловала в щеку, я же невольно возвратилась в недавние события: «Какую же неблагодарную дрянь я воспитала!». Интересно, эти сравнения когда-нибудь закончатся?

- Я тоже тебя люблю. Давай спать, а? - Я еще не привыкла произносить подобные слова искренне, и они прозвучали грубовато и равнодушно, но, наверное, не все сразу.

- Давай. Сегодня был невероятно тяжелый день, и мы обе заслужили крепкий сон и отдых. - В маминых словах наоборот было непривычно много нежности: ни тебе мата, ни ненависти и отчаяния, к чему тоже нужно будет привыкнуть.

Улыбнувшись друг другу, мы не спеша разошлись по комнатам.

Уже когда я находилась в кровати, мне пришло СМС:

РАБОТА №3: «Танечка, извини, что так поздно, но дело, как обычно, важное. Завтра сможешь выручить? У меня снова форс-мажор».

Я: «Да, конечно»

РАБОТА №3: «Буду тебя ждать в 14:00. Спасибо )»

Что ж, для школы мое лицо все еще не годится, а вот для выгула собак…

Закрывая глаза и погружаясь в крепкий сон, я невольно отлавливала в своей голове злостные мысли о том, что завтра я не обнаружу маму в хорошем настроении. Страх сковывал сердце и душил, но утро должно было наступить, как бы я его не боялась. Я мысленно упрекала себя за трусость и неуверенность, ведь даже если завтра все будет как позавчера, мне бояться нечего. Но как же хотелось чтоб все оставалось таким, как сегодня: трезвая мама, вкусная еда, задушевные разговоры, забота и нежность. Только накативший со временем сон избавил меня от тревоги о новом дне, который исправить было все равно не в моих силах, даже если я ночью не сомкну глаза.