Кризисы взрослой жизни. Книга о том, что можно быть счастливым и после юности | страница 36
Однако в реальной жизни из-за стереотипного восприятия детских качеств как негативных люди чаще всего не следуют своим импульсам, как это сделал К. Юнг, хотя у некоторых они и присутствуют.
«Хочется какой-то остроты, хочется как-то “растормошиться”, проснуться, сделать что-нибудь безумное. Но уже, наверное, смелости не хватит…» М., 37.
Следующий социальный стереотип, влияющий на кризис, – убеждение в том, что счастливая жизнь – обязательно материально и социально успешная. Поэтому многие, достигнув определенного уровня материального благополучия и высокого социального статуса, ждут автоматического ощущения счастья и удовлетворенности жизнью. Однако можно согласиться с Юнгом, что слишком часто социальное утверждение происходит за счет потери целостности личности, гипертрофированного развития той или иной ее стороны. Профессиональное становление человека, тем более успешное, способствует преимущественному развитию у него лишь тех качеств, которые требуются для его профессиональной деятельности.
Между тем успешность освоения социальных ролей часто достигается за счет дисгармонии, преимущественного развития какого-либо одного качества в ущерб другим. Кроме того, часто приходится жертвовать важными аспектами жизни, например, недостаточно внимания уделять общению с детьми или супружеским отношениям. Поэтому стремление к материальной стороне жизни как к основной редко делает человека счастливым. Более того, постоянная погоня за чем-то не дает ему возможности испытывать радость и получать удовольствие от простых житейских дел.
Следующий социальный фактор, определяющий появление кризиса, – это необходимость активного освоения в первой половине жизни социальных ролей – семейных и профессиональных. Когда они освоены, у человека появляется возможность подумать над тем, что представляет собой он сам без тех ролей, которые им исполнялись, возникает шанс приобрести новый взгляд на самого себя.
Однако на появление кризиса влияют не только социальные, но и внутриличностные факторы. Одним из важнейших можно назвать страх смерти, который актуализируется из-за появления уже довольно заметных признаков старения. Его может усилить уход из жизни родителей, воспринятый как сигнал, «сообщающий» человеку, что «он следующий».
Как отмечает Джеймс Холлис, одна из распространенных проекций в среднем возрасте – это восприятие родителя как символического защитника. Даже если энергетические ресурсы родителей к этому времени снижены или отношения с ними конфликтные или холодные, наличие родителей воспринимается как защита от окружающего мира. Исчезновение защиты вызывает экзистенциальную тревогу.