Ваганьковский приют | страница 95
– То есть как не чужой? – не поняла ее Вероника.
– Вы почитайте сначала, – ворожея заинтриговала Веронику и отвернулась к своему столу.
На первой странице Вероника увидела синий продолговатый штамп. «Для закрытых архивов. Конфисковано из личной библиотеки Николая Рогова». Какие-то росписи, даты, другие штампы. Открыла еще одну страницу.
«Николай Рогов, – прочитала она наверху, – «Женщина в природе и колдовство».
«Женщина к природе гораздо ближе, чем мужчина, – читала она. – И весь окружающий ее мир она воспринимает исключительно через свои ощущения, посредством слуха, зрения, осязания, без подключения своего ума. Увы, у большинства он спит. От этого у женщины обостренное восприятие животных, от этого у нее любовь к растительному миру, к цветам. Но жизнь в эмоциях, в чувствах сделала женщину в глазах мужчины существом не только непонятным и далеким, но и ущербным. Рациональный ум ограничен в эмоциях, он давит их. Нередко происходило отторжение двух особей. Слабая по натуре, не находя у мужчины того, что требовала ее душа, женщина замыкалась в себе. Некоторые обращались к Богу, искали утешение у него, другие шли к природе, к Пану. Ему исповедовались, ему служили и духом, и телом. Есть еще одна категория женщин, которые искали своих союзниц и единомышленниц среди особей своего же пола. Но дальше чувственных удовольствий они не идут».
Вероника перевела дух. Читать такое ей еще не приходилось. Галиматья какая-то. Ересь, заумь, масонство…
Ворожея склонилась над столиком, что-то там лепила. «Автор не чужой вам человек», – вспомнила Вероника ее слова. Это кто же такой умник? Вероника уткнула нос в книгу.
…«Слабая женщина всегда стремилась к тем особам, которые понимали ее, брали под защиту, давали молчаливый ответ на мучившие ее вопросы. Другие силы поднимали ее на свои высоты, давали ей другой разум и могущество. А женщине очень хотелось стать сильной, могущественной. Уязвленная, она мечтала отомстить всем своим обидчикам. Прежде всего мужчине, своему хозяину, господину, своему умному поработителю. Поэтому и стремилась понять самую загадочную сторону природы – тайны рождения и тайны смерти. А потом сама пыталась воспроизвести все эти тайны. Совершались подобные экзерсисы с ручными животными, с неодушевленными предметами, с амулетами, затем со своими подругами. Женщина становилась ведьмой. Так родилось колдовство.
Колдовство во все времена притягивало женщин. Нет, не мужчин, они слишком толстокожи. Именно женщине, как существу слабому и самому близкому к природе, повторяющей ее, дано счастье заглянуть в глубинные уголки мироздания, узнать его загадки, дать жизнь новому существу и лишить его жизни. И только женщина может лишить человека жизни. Но не так грубо, зримо, как делают это мужчины, ножом, выстрелом из пистолета. Нет, эти примитивные способы не для слабых созданий. Смертельный яд, заговоры и наветы – вот их оружие. Убить на расстоянии – вот высшее проявление женской силы. Но для этого женщина должна привлекать на свою сторону единоверок, преданных идее душой и телом…»