— Они не распечатаны даже, все лежит в коробке и в полиэтиленовом пакете, так что не намокнут.
— Ладно, я схожу.
— Нет, я сама!!! — вот это да. Я действительно впал в шок от неожиданности. Не успел я опомниться, как она, пошатывая бедрами скрылась из моего вида. Эта девушка все больше и больше удивляла меня. С каждым разом открывая себя в новом свете, как страницы в еще не прочитанной книге. Это удивительно интригует, больше чем что–либо. Даже все чудеса света не сравняться с этой девушкой.
Через минуту я услышал захлопнувшуюся дверь, а еще через пару минут наверх в комнату вошли Чак, Фреди, Айри и Виктор. Эта четверка столь разных слоев общества объединенная временными переменами напоминала мне о целях этого сообщества. А ведь мы даже не стали на шаг ближе к их осуществлению.
— Тебя тоже сюда спровадили? — грустно спросил Айри, пока другие устроились на кровати и подоконнике.
— Да, нам нужно высохнуть, а то можем подхватить грипп, и все наши дела падут под температурой и кучей антибиотиков, чтобы ее сбить.
— А…ааа…апчхи…. — раздалось позади меня.
— Ну вот, что и требовалось доказать, уже несем потери. Чак, держись!
— Да что вы, все нормально. Я здоров, как бык.
— Ты себя в зеркало видел? У меня жалюзи дома толще, чем ты — порадовался Фреди своей новой шутке.
— Зато у меня мозгов больше, чем мышц.
— А чем плохи мышцы, сопляк? Да я тебя уделаю одним мизинцев левой руки.
— Не спорю, зато мне светит куда более светлое будущее, а что светит тебе? Ты, кажется, спортсмен, ну попадешь в какую–нибудь сборную, сначала будут победы, затем поражения, травмы, неудавшийся брак с девушкой, которая уйдет от тебя, как только ты потеряешь свой нынешний блеск. Начнешь пить, живот отвиснет, как у коровы, затем одинокая старость, а то и хуже.
— Ты че сказал? — Фреди дослушав всю историю до конца, вскочил с подоконника, сгреб свои кулаки и набросился на Чака, как сумасшедший. Я тут же вмешался, оттаскивая Фреди от бедного парня, которому еще бы чуть–чуть и досталось бы по зубам. От чего сегодняшний день был так богат на ссоры и перепалки, даже я не знал. Но, то, что с этим нужно было заканчивать, понятно было и дураку.
Входная дверь снова хлопнула. Тут же внизу что–то грохнулось на пол, будто железка и по лестнице кто–то начал подниматься. Через одно мгновение в проеме застыла Энджи. Мокрая Энджи, на одежде, которой почти не осталось сухих пятен, ее волосы слиплись в один сплошной комок прядей, с которых на лицо и шею все так же скатывались капли. В руках она держала коробку, которую тут же подхватил Виктор, я скинул с своего плеча полотенце и отдал его ей, дрожащие руки на секунду соприкоснулись с моими пальцами и тут же отдернулись, как от огня. Теперь было понятно, что она ощутила, когда схватила меня за запястье. Жгучая искра, рождающая порыв к чему–то еще не понятному мне.
