— Мой папа, когда я не подготовилась к тесту по тригонометрии в старшей школе и,
в последствии, провалила его.
Мартин рассмеялся, у него вырвался восхитительный смешок. Это было
замечательно, потому что произошло непроизвольно. Лучше всего было то, когда он открыл
глаза и посмотрел на меня, уже не выглядя злым.
Он выглядел немного беспомощным, немного потерянным, немного обнадеженным
и очень уязвимым.
— Ох, Мартин. — Я шагнула вперед, притянув его в объятия, которые он
незамедлительно вернул. Я почувствовала прилив яростной заботы о моем Мартине. У меня
перехватило дыхание, застав меня врасплох.
Мой Мартин... Ох.
В этот момент я ненавидела его отца, мужчину, которого я никогда не встречала, и
его мачеху за то, как они обращались с ним. Я ненавидела их за то, что были слишком слепы
или озлоблены, чтобы признать, какое у него было святое сердце и как он нуждался в заботе,
нежности и любви. Мое сердце разбивалось, только задумавшись о том, любил ли его кто-
нибудь по-настоящему.
Учитывая то, что я узнала, шансы были невелики. Однако, было в нем что-то
особенное, что заставляло меня задуматься о том, что он знал, что такое нормально. Он,
казалось, хотел такого для себя. Он знал, что такое взаимное уважение, честность и
привязанность, хотя близкие ему люди никогда не показывали эти черты характера.
Его враги теперь были и моими врагами. Надеюсь, он знал об этом, не важно, что
между нами произошло бы в долгосрочной перспективе, неважно остались бы мы с ним
друзьями после всего этого, он был в безопасности со мной.
После долгого молчания я поцеловала его шею, сказав:
— На повестке дня у нас есть несколько странных разговоров, но сейчас я хочу
просто пообниматься, а потом, может, пойти поплавать.
Он снова рассмеялся, в этот раз немного дольше, затем немного отодвинулся, чтобы
посмотреть мне в лицо. Я широко улыбнулась ему. Мое сердце уже так не болело, теперь он
выглядел не таким потерянным.
— И еще, надеюсь, ты взял еду, потому что я голодна. — Я похлопала его по плечам.
— Пожалуйста, скажи мне, что здесь есть печенье.
63
Накал Страстей
Пенни Рейд
— Ты всегда такая? — спросил он, прищурив глаза в притворном подозрении.
— Какая? — Я притворилась смущенной. — Великолепная?
— Ага, — кивнул он, наконец-то улыбнувшись. — Великолепная.
* * *
Мы ели за столом на корме, который выскочил прямо из палубы. Мартин установил
