Джуна. Одиночество солнца | страница 49
.
Игорь Тальков, естественно, пел песни и на стихи Джуны.
Я не могу судить об их литературной или музыкальной высокой ценности, но факт остается фактом.
После убийства Талькова Джуна всегда помогала его семье и сыну как родным. Тот звонил при мне, каждый раз что-то прося.
Слова известных людей, посвященные Джуне
Джуне многие посвящали песни, художественные произведения, стихи. И это нормально и естественно. Илья Глазунов написал портрет.
Андрей Дементьев опубликовал в своем журнале «Юность» собственный рассказ о ней. Джуна его всегда благодарила за это. И лечила, если в том возникала необходимость.
Она лечила Аркадия Райкина. И тот никогда не скрывал этого.
Охотно давал интервью и Иосиф Кобзон.
Лена Ленина и Стас Садальский, Бари Алибасов и Геннадий Норд отзывались о ней всегда с неизменной благодарностью и нежностью.
– Всех разве упомнишь? – перечисляла друзей и приятелей Джуна. – Вардан Маркос у меня лечился после гололеда: мениск левого колена. Нога вспухла, и он не мог ходить. В течение получаса я держала руку на больном колене, и опухоль исчезла. Я лечила Ираклия Андроникова, Сергея Бондарчука, Андрея Тарковского. Федерико Феллини приезжал ко мне с женой Джульеттой Мазиной. Были Роберт Де Ниро, Марчелло Мастроянни и Настасья Кински, Грегори Пек, Клаудиа Кардинале, Йоко Оно, Софи Лорен, Крис Кристоферсон, Марсель Марсо…
«После первого сеанса, – пишет А. И. Райкин, – почувствовал себя значительно легче. После первого же сеанса! А сеанс продолжался не более 15–20 минут. Я просто не узнавал себя, своего тела. У меня появилось отличное самочувствие. Раньше боль в сердце не покидала меня, а тут исчезла. Я перестал чувствовать сердце… И с каждым сеансом я чувствовал себя лучше и лучше. Джуна провела 13 сеансов. И меня, человека, который выходил из санатория на костылях, не узнать. К сожалению, врачи не смогли мне помочь… Я благословляю ее. Это прекрасный целитель. То, что она делает, это удивительно».
Расул Газматов: «Когда пришел к вам, я был похож на подстрочник стиха, где не хватало рифмы, ритма, где была разрушена гармония, красота и мелодия песенных слов. От вас я ушел, как оригинальный перевод. Вы вернули мне живую душу поэзии и избавили от скованности…»
Роберт Рождественский: