Дорога без привалов | страница 37
К опыту Александра Ивановича в цехе относятся доверительно. Он не гнушается не только объяснить, что надо, и показать руками, но и запросто стать на рабочее место и взяться за сборку. Тогда — залюбуешься.
— Экономия зарплаты по участку выйдет, — усмехается Александр Иванович.
Из своей застекленной со всех сторон конторки поглядывает он на склонившихся у стендов сборщиков и не только видит, но и словно бы чует, у кого как идет работа. Полминуты — он уже рядом с рабочим, смотрит внимательно и понимающе, от взгляда его не ускользнет ничто.
Когда выдвигали людей в группу народного контроля, чуть ли не первым назвали Гурьева:
— Иваныч все усмотрит, спуску не даст никому.
Я спросил у него:
— И как, Александр Иванович, работается в народном контроле?
— Ну, — привычно сказал он и, понимая, что это еще не ответ, объяснил: — Я бумажки и жалобы всякие не люблю. Увидел недостаток — надо сразу исправить. Вот, к примеру, забарахлили у нас умывальники в цехе, умыться рабочие толком не могут. Что же — к начальнику цеха, что ли, идти? Сам знаю, как с металлическими изделиями обращаться… Одним словом, порядок теперь.
— Исправили?
— Ну.
В те дни, что я был на заводе, Александра Ивановича только-только выбрали председателем цеховой комиссии по работе с подростками. Почему его?
— Умеет он это. Многих парнишек на путь истинный наставил. Педагогическая в нем струнка, что ли?
Называли фамилии его воспитанников — Бабинцева, Кафидова, Устюжанина.
— Какие там воспитанники! — сказал сам Гурьев. — Просто нельзя без внимания к человеку. Взять вот Андрюшу. Привела его к нам мать, хорошая женщина, раньше у нас работала. Парнишке шестнадцать лет, избалованный, несдержанный. Насмотрелся на отца. Тот спился — с ними не живет. Не пропадать же пареньку. Взяли мы его учеником слесаря. А к труду человек не приучен, порядка не знает. Заметил я, грубит он контролерше ОТК. Взял книгу анализа брака, есть у нас такая, отмечаем нарушения технологии, посадил Андрюшу рядом с собой в конторке, побеседовали. Потом еще поговорили. Смотрю, умерил парень свой горячий пыл… Дальше. Не прибирает за собой рабочее место. Ладно. Как смена к концу — беру его пропуск. Парень, глядишь, уже чистенький, умылся, переоделся, топать готов, а пропуск у меня. Тык-мык, а я ему на хлам, на барахолку показываю: так, говорю, милый человек, дело не пойдет. Наглядный урок… Или — заметил я однажды в магазине — он после работы с одним дружком из нашего же цеха у винного отдела толчется, руку за бутылкой тянет. Вечером было, а на утро я дружка этого — в другую смену. А Андрюшу предупредил строго: «Будешь водкой баловаться — выгоню». Они мое слово знают, подействовало… Вот, говорю, без внимания к человеку — как же это?..