Темные дороги | страница 104
Бутылка у меня никак не открывалась. Она хихикнула. Похоже, хорошо хлебнула. Протянула мне золотую открывашку в форме оленя. Отростки его рогов обхватывали пробку.
– Отличная штука, – похвалил я оленя и поежился от собственных слов.
– Спасибо. Это вещь моего деда.
Повезло. Думал, глупость сморозил, а оказалось, олень нравится ей самой.
– Ты так и не сказал мне, что такое с тобой стряслось в субботу ночью. – Она отхлебнула из бутылки. – Я за тебя беспокоилась. Ты был такой расстроенный, и губа разбита.
– Я упал.
– Упал?
– Ага.
– Значит, дома все хорошо?
– Ага.
Я сидел у нее в кухне за стойкой, смотрел на золотого оленя и думал о своем дедушке. И об отце. О том, как он профукал свою жизнь. Если бы он был искренним с самим собой, какой бы у него получился ИТОГ Что-то ведь ему удалось. А что-то – нет.
– Нет, – внезапно вырвалось у меня. Лицо налилось краской. – Дома все нехорошо. Неблагополучно дома.
В ее взгляде была жалость, любопытство, может быть, даже забота. Я не сразу понял, что еще. Никогда не приходилось сталкиваться с уважением.
– Я могу как-то помочь? – спросила она.
– Трахни меня еще раз.
Рыдания стиснули мне горло, слова давались с трудом. Ее силуэт расплылся передо мной за завесой из слез. Я вытер их тыльной стороной ладони. Она мягко взяла меня за руку и прижала ее к своей шее, будто хотела, чтобы я ее задушил.
Мой большой палец оказался на черной родинке в ямке шеи. Пальцы Келли скользнули мне под рубашку, губы слились с моими. Под тяжестью ее тела я выронил пиво.
Осколки бутылки разлетелись по всей кухне, пиво залило каменный пол. Я невольно отшатнулся и закрыл лицо руками. Сейчас меня побьют, а спрятаться негде. Да у меня никогда и духа-то не хватало встретить наказание по-мужски.
Мисти – другое дело. Она лишь закрывала глаза и вздергивала голову, будто ждала поцелуя. Меня восхищала ее отвага. Папаша уволакивал сестру в ее комнату и захлопывал за собой дверь. Ни плача, ни вскрика я не слышал никогда.
– Прошу прощения, – выдавил я.
– Ничего страшного, – выдохнула Келли.
И сделала шаг ко мне. Стекло захрустело у нее под ногами, но она не остановилась. Руки мои тряслись. Я рыдал, как ребенок. Мне хотелось домой.
Она поцеловала меня снова. Ее руки гладили мою шею, волосы, язык ласкал мой рот.
Я думал, сегодня все пойдет иначе. Ведь истерики у меня не было. Желание не затмевало разум. Но наше прошлое свидание повторилось до мелочей. Руки слепо блуждали по ее телу, пытаясь удержать ее, но она проскальзывала у меня между пальцев, словно кусок масла.