Дмитрий Хворостовский. Две женщины и музыка | страница 48
– Да. Недавно была трансляция моего концерта с Игорем Крутым, Максим смотрел от начала до конца и плакал вместе с мамой, а потом сказал, что хочет, как папа, стать певцом. А когда вышел клип на композицию «Ты и я», где я снялся в неоднозначной роли палача, то Ниночке так понравилось видео, что она просила крутить клип по 8 раз в день, а Максим испугался и спросил: «Папа, а ты плохой или хороший?» Я его успокоил: «Хороший, хороший».
А еще наш герой как-то шокировал публику своими откровенными признаниями:
– Я очень противный дома. Характер у меня мнительный, раздражительный. Волнение перед концертом превращает меня в чудовище. Боишься, дрожишь, не спишь. Постоянно ворчу. Не гавкаю, конечно, но рычу. Все знают, что лучше меня не трогать в дни перед ответственными выступлениями. А так как они у меня практически каждый второй или третий день, то жить со мной очень нелегко.
«– Как же с вами уживается жена?» – спросил маэстро журналист издания «Труд» и получил искренний ответ:
– Думаю, ей тяжело. Чтобы меня выдержать, нужно иметь космическое терпение. Но моя жена Флоранс никогда в жизни не говорила, что ей тяжело. У Флоши очень позитивное восприятие жизни, и это излечивает мою хандру. И потом, у меня есть совершенно чудесное «лекарство» – дети. Сын Максим и дочь Нина. Только увидишь их смеющиеся лица, сразу жизнь кажется лучше.
Лично знавшая двух жен оперного певца журналистка Наталья Чернова дает такую характеристику этим женщинам: «…когда я познакомилась с его первой женой Светланой, что-то в этой молчаливой, как бы чуть отстраненной от окружающего мира женщине напомнило мне о Татьяне (имеется в виду пушкинская героиня Татьяна Ларина. – С.Б.). «Она была не тороплива, не холодна, не говорлива». Не знаю причины их разрыва, да и не нашего ума это дело. Говорят, что у каждого мужчины есть свой тип женщины: его вторая жена, Флоранс, как мне кажется, в чем-то внешне похожа на Светлану. Обе тоненькие, длинноногие, большеглазые. Только красота первой выдержана в пастельных, светлых тонах, а жгучая красота Флоранс написана яркими, темными красками».
Между прочим, о красках: однажды Хворостовского спросили: «Если бы вы писали анималистический автопортрет, кем бы себя изобразили и в какой цветовой гамме?» Ответ был потрясающим!
– Серым волком. В яркой. Черно-красной.
Cчастливая семья
Глава 14. «Тесть-француз и теща-итальянка меня обожают!»
Что помогает в семейной жизни сохраняться чувствам? Правильно, любовь, растянутая во времени. А вы о чем подумали? Впрочем, об интимном тоже можно поговорить.