Сказки должны кончаться свадьбой | страница 30
На границе с Запретным краем, где люди даже спят рядом с оружием, не знают жалости к колдунам. Малейшее сомнение, ничтожное подозрение в том, что в сердце скопилась тьма — и встреча с огнем и сталью обеспечена. Но у меня больше не было ни желания, ни сил менять что-то. Бесполезно скрываться от судьбы. Мне и так много раз удавалось действовать вопреки ей.
Когда, вытолкнув с Тропы Крела с Адером, я провалилась в беспамятство, оно привело меня обратно на Ту Сторону. Я ожидала этого. Они принадлежат миру живых и потому недоступны. Мне же право выхода надо доказать. Если я не сумею сделать этого, то останусь на тропе навсегда.
— Здравствуй, Майоки, — прошелестел рядом со мной невесомый ледяной голос. Так когда-то звал меня отец. Но он умер. А я — Ирга.
— Останься, Ирга, — сказал ветер голосом матери. — Ты замерзла на ледяном ветру? Согрейся. Больше тебе не будет холодно. Разреши мне позаботиться о тебе.
И я окунулась в детство. Тепло нагретой солнцем земли, и знакомый забор. Чуть саднит разбитая коленка, и звонко шлепают, поднимая фонтанчики пыли, растоптанные сандалии. Скоро позовут обедать, а где-то вдали беззаботные высокие голоса звали меня в игру и смеялись просто потому, что ничто не мешало им это делать. Таким было мое счастье. Я всхлипнула и рванулась вперед. Домой. К теплу маминых рук. Зацепилась сандалеткой за камешек и упала, чувствуя под щекой холодный лед тропы.
Наваждение пропало. Как жаль, что я знаю — эта иллюзия ложь.
Моего беззаботного детства больше нет. То место, где нам было хорошо, полностью уничтожено. Превратилось в горькое пепелище. Я видела его собственными глазами и сама забрала единственную найденную там вещь — обгорелую, облупившуюся неваляшку, сделанную моим отцом. Ту самую, которая, как величайшее сокровище, лежит в моей сумке.
— С тобой интересно, — засмеялись льдинки.
И на меня навалилось новое видение…
Забытье кончилось лишь утром. Тихо поскрипывали полозья саней, на которых, заботливо укутанные в одеяла и плащи, лежали мы с Крелом. Выйдя с тропы я ощущала спокойствие, почти умиротворение. Все вещи из обряда тоже были тут. Хорошо, что их собрали. Так Владеющим Силой легче будет понять, что я сделала. В конце концов, даже если меня присудят к смерти, он будет жить. На мой взгляд, не худший обмен. Говорят, что спасение чужой жизни искупает множество грехов. Надеюсь что так. Мысли снова начали путаться, на этот раз грозя обычным беспамятством и слабостью…