Лев Толстой и его жена. История одной любви | страница 19
В дальнейшем о романе не было произнесено ни слова.
Наружно в мире они приехали к Фету. И здесь на другой день утром за чайным столом разыгралась финальная сцена их отношений.
Тургенев рассказывал про воспитание своей дочери.
Толстой сделал несколько неодобрительных замечаний.
— Я вас прошу не говорить так, — воскликнул Тургенев с раздувающимися ноздрями.
— Отчего же мне не говорить того, в чем я убежден? Тургенев побледнел.
— Если вы не замолчите, — крикнул он, — я дам вам в рожу!.. Схватившись за голову и шатаясь, он быстро вышел из комнаты. Овладев собой, он вернулся и принес хозяйке извинения.
Толстой промолчал, сейчас же уехал и с первой почтовой станции послал Тургеневу требование немедленного формального извинения или поединка. При этом он не желал выходить на дуэль «пошлым образом» — с секундантами, доктором и шампанским; он звал Тургенева выехать на опушку леса с заряженными ружьями и стреляться без свидетелей, «по-настоящему».
Тургенев извинился. Но писатели расстались на 17 лет.
Все эти неприятности и огорчения, в конце концов, тяжело отразились на здоровье Толстого. Летом 1861 года он начал кашлять с кровью. Призрак чахотки и смерти преследовал его. Врачи потребовали полного покоя и лечения кумысом в татарских степях. Но только весною следующего года Лев Николаевич мог последовать их совету. Он отказался от посредничества, приостановил выход журнала, передал школу помощникам и, взяв с собой двух крестьянских мальчиков (любимых учеников), уехал лечиться в Самару.
Влюблялся ли Толстой? В 1856 году он писал: «Я говорю не о любви молодого мужчины к молодой девице и наоборот, — я боюсь этих нежностей, был так несчастлив в жизни, что никогда не видал в этом роде любви ни одной искры правды, а только ложь, в которой чувственность, супружеские отношения, деньги, желание связать или развязать себе руки до того запутывали самое чувство, что ничего разобрать нельзя было».
Это — замечания Николая Иртеньева в «Юности». Того самого, который рассказал в «Детстве» свою любовь к маленькой Сонечке Валахиной и первые моменты увлечения княжной Нехлюдовой (в «Юности»). Существуют свидетельства самого Толстого, что картинки эти списаны с натуры. В детские годы он сильно увлекался маленькой Сонечкой Калошиной, а в юношеские — сестрой своего университетского друга — Александрой Алексеевной Дьяковой. В 1858–1859 годах в московском свете он снова встретил Александру Алексеевну, которая была уже замужем — за «прекрасным человеком» князем Андреем Оболенским. С большой силой в Толстом снова вспыхнуло прежнее увлечение, но княгиня; чувствуя опасность сближения с этим интересным человеком, забрала детей и переехала в Петербург.