Коммод. Шаг в бездну | страница 33



Оказавшись в лагере, Бебий верхом направился к комендатуре — большому двухэтажному зданию, расположенному посередине прохода, связывавшего боковые ворота. Здесь спешился, дождался дежурного легионера. Тот принял коня и передал, что во внутреннем дворике его ждет Публий Пертинакс.

Легат миновал службы, размещенные в главном корпусе, и свернул в небольшой внутренний дворик, куда скоро вышел стареющий полководец.

Бебий вскинул руку.

— Приветствую тебя, сенатор римского народа!

Пертинакс — выходец из Лигурии, сын вольноотпущенника, (то есть, по существу, сын раба) любил, когда к нему обращались не как заслуженному полководцу, но как к человеку, принадлежавшему к высшему сословию римского народа. Можно было назвать его и проконсулом — в консульское достоинство он был возведен Марком Аврелием в 174 году, однако на этот раз Бебий решил польстить полководцу по высшему разряду.

Пертинакс, дородный, с большим округлым животом, длиннобородый, высокий, — хмыкнул, кивнул, затем сел и предложил присесть тридцатилетнему легату.

— Знаешь, зачем вызвали? — он сразу перешел к делу.

— Нет, сенатор.

Пертинакс поморщился.

— Хватит. Я удовлетворен. Теперь обращайся ко мне по имени, как ранее, при Марке. А то в последнее время вы все, молокососы, стали такими вежливыми, такими любезными. Тот же Переннис, твой дружок! Прежде ел глазами начальство, а теперь уже и не взглянет в нашу сторону. Правда, на словах он сама учтивость! Смотрю, ты тоже запел…

— Больше не буду, Публий, но причину вызова я действительно не знаю.

Пертинакс вздохнул.

— Я тоже не знаю, но догадываюсь.

В этот момент где‑то вдалеке в северной стороне увесисто громыхнуло — видно, после полудня можно было ждать грозу. Пертинакс прислушался к затухающим раскатам и сменил тему.

— Что у тебя в легионе?

— Все готово.

— Надеюсь. Ты всегда был хорошим служакой. Правда, себе на уме, но это тоже не плохо. Простаки, Бебий, сейчас не в моде, на них теперь воду возят. Это тебе не прежние добрые времена, когда каждый, глядя на нашего императора, старался сегодня стать лучше, чем вчера, а завтра лучше, чем сегодня. Всякий пример заразителен, хороший тоже. Новые времена, новые песни. Теперь ценится наглость, а также, позволю себе заметить, гибкость хребта. Буду откровенен, в императорском дворце зреет мнение, что поход на север следует отложить. Более того, по чьим‑то расчетам выходит, что выгоднее заключить мир с варварами, чем пытаться обеспечить безопасность государства войной. Полагаю, ты разделяешь мнение, что поход на север — решение однозначное и пересмотру не подлежащее?