Улыбка Кубы | страница 47



– Нет, не долго. Просто прокатимся. Туда и обратно! Давай! Я на час лодку зафрахтовал!

Прокатиться на быстроходной лодке в открытом Карибском море! Ой, конечно, хочу! А кто не хочет?

Но Саня будет волноваться, когда увидит, что я исчезла. Я нерешительно мнусь у воды, все мои взоры – в сторону домиков под пальмовыми крышами.

– Скорей решай!

Подал мне парень руку и ждет с протянутой рукой. А была не была! Прокачусь!

Сергей помог забраться в лодку, где у штурвала стоял капитан-кубинец с сигарой во рту. Затарахтел двигатель.

– Ты давно из Москвы? – спросил Сергей, перекрывая голосом гул мотора.

– Неделю назад приехала!

– А я вчера прибыл! Только не из Москвы, через Берлин добирался. И сразу сюда! Я Гавану не очень! Здесь лучше.

Я согласно закивала. Конечно, лучше! Какой разговор! В Гаване нет пляжа!

Помчались! Вау, как прекрасно! Лодка наша нос высоко задрала, казалось, еще минута – взлетим! Брызги в лицо – водяные, солнечные! И снова я подумала – как все-таки прекрасно жить на свете! Суперпотрясно жить!

Но всей душой восторгаться морским полетом мешало сознание того, что я оставила Саню в неведении. Я оборачивалась назад в надежде его увидеть. И увидела: на берегу мелькнула маленькая фигурка. Я замахала руками, закричала изо всех сил:

– Саня-а-я! Я ту-ут! Я верну-усь скоро!

Вряд ли он услыхал. Шум мотора перекрывал все. Но совесть моя немного очистилась. Он меня видел! Он понял, что это я уплываю!


Когда я вернулась, а вернее, когда меня вернули на берег, Саня был еще там – я видела с лодки. Сидел на песке, в футболке и джинсах. А когда я спрыгнула в воду и направилась по мелководью к пляжу, он вдруг вскочил и большими журавлиными шагами зашагал к хижинам.

– Саня!

Он слышал, ой, конечно же, но даже не обернулся. Не захотел принять моих объяснений! Ну и подумаешь. Ну и пускай. Буду, что ли, бегать за ним. Я зашла в свою суперпупер хижину, переоделась в цветастый коротенький сарафанчик – не все же время в шортах ходить – и на обед зашла за Саней, как делала всегда. Он лежал в гамаке с отрешенным лицом. Даже взглядом на меня не повел!

– Обедать пошли, Саш. Ты что, спишь?

И вдруг он приподнял голову, опустил одну ногу на настил крыльца и разразился такой гневной тирадой по-испански, что я рот раскрыла от удивления. Я не понимала, конечно, что он говорит, кроме того, что это была откровенная ругань.

От неожиданности я захохотала.

– Вот как ты умеешь, да? Что ты сказал – переведи!

Саня вывалился из гамака прямо мне под ноги и так, на карачках, боком, уполз в свой номер, как злой-презлой краб.