Хрангелы | страница 67
***
Именно в это время проходил совет и у темнонов. И речь шла, по сути, о том же самом.
Дарк обвел взглядом собравшихся. Молодцы! Он был горд тем, как здорово они всё придумали. Как тщательно спланировали. Как четко организовали. Если и дальше так пойдет, то уже к осени дети почти утратят человеческий облик. «Наш план гениально прост, – не уставал восхищаться Дарк. – Вселить зло в детей и ждать, как бессильный противостоять своим детенышам мир будет погружаться во тьму – что может быть слаще! Если бы еще не этот невесть откуда взявшийся ребенок, способный помешать нашим планам! А если Фьючерон ошибался, если нет такого ребенка, и мы напрасно тратим силы? Хотя лучше перестраховаться, чем недооценить опасность. На
кон поставлено слишком много!»
– Итак, господа, сегодня мы должны решить, как действовать дальше. Пока все идет по плану. Люди в неведении, и даже что-то подозревающие еще не додумались объединиться для противостояния. А хрангелам, хотя порой они близки к разгадке нашего замысла, с нами не справиться. Сегодня же мы собрались по поводу острова. Пусть говорит тот, кому есть что сказать, – и Дарк сделал приглашающий жест черным как сажа крылом.
После недолгой паузы поднялся Тамос, старый опытный темнон. Его глазницу прикрывала темная повязка – он окривел, сражаясь с Глорией за ребенка, который от рождения был наделен могучей
харизмой и даром овладевать людскими душами... Если бы победил Тамос, мир получил бы нового тирана, но победу одержала Глория, и на свете стало одним талантливым педагогом больше. С той поры Тамоса ни на день, ни на час не покидала мысль о мести.
– Господин Дарк, я предлагаю спровоцировать битву у острова и прорваться через защитное поле. Только уничтожив детей, находящихся в лагере, можно быть спокойными. А так мы сидим на пороховой бочке – вдруг этот, так сказать, мессия сорвет наши планы! Никогда не знаешь, чего ждать от человека, даже если это ребенок... Я – за бой, быстрый и решительный.
Темноны одобрительно загудели. Если они решат – драться, подумал Дарк, деваться некуда – будем драться.
Тут поднялась Реста.
Манера говорить медленно и вкрадчиво полностью соответствовала ее внешности: Реста была похожа на приготовившуюся к смертельному прыжку пантеру, уже наметившую себе жертву. Кажущаяся неторопливость её движений завораживала и парализовала. В сочетании с неподвижным змеиным взглядом негромкий голос вызывал смутное чувство опасности. Любимым развлечением Ресты было присниться в кошмарном сне, а утром, когда человек пытается стряхнуть с себя остатки ужасного сновидения, напомнить о нем, шепнув на ухо что-нибудь леденящее кровь... И тот застывал, охваченный паникой, а потом долго не мог прийти в себя...