Летел я больше двух месяцев. С начала полета на меня накинулась скука. Вернее, не скука — тоска. До этого я все время куда-то спешил, что-то делал. Не забывая посматривать по сторонам. А тут вдруг навалилось. Я наконец понял, что у меня больше ничего нет. Конечно, с одной стороны, я имел все: деньги, корабль, знания и умения. Но у меня больше не было дома, семьи, друзей. У меня больше не было нормальной человеческой жизни. Хотя нормальной мою прежнюю жизнь мог назвать только я, но мне такая жизнь нравилась. Теперь ее не существовало, и это сильно давило. Я бродил по кораблю и проклинал аграфов. И жалел себя. Всю первую неделю я провел как в тумане. Хорошо, что пришлось в конце концов идти в рубку при выходе из гипера и совершении маневров при разгоне. Я хоть слегка встряхнулся. А потом понял — еще одной такой недели я не выдержу. Пролежав сутки в медкапсуле, взял искин с фрегата и пошел в мастерскую. Все оставшееся время я пытался с ним разобраться. Я даже в одной из транзитных систем прошерстил все астероиды, собирая сырье для кристалла искина. Я смог изготовить кристалл — точную его копию. Но он был мертвым. Кристалл из искина был живым, а мой — мертвым. И как я ни бился, он не оживал. Не хотел работать, и все. Но именно он меня и вытащил из омута тоски. Теперь я носился по кораблю и проклинал этот чертов искин, этот чертов кристалл и свою чертову тупость. Два месяца я бился, но так и не смог ничего сделать. Я просто не понимал, что именно делаю не так. К счастью, перелет закончился, а то я разнес бы всю мастерскую. В систему с риготской станцией Кольм я входил уже нормальным человеком. Я был очень зол на аграфов. Да что там зол, я их просто ненавидел. Если бы в этот момент встретил их корабль — сжег бы не раздумывая. И поклялся им отомстить. Во мне клокотали злость, ненависть, недовольство собой, но не тоска. Слава богу, не тоска. И в самом деле — я молод, денег у меня полно, корабль замечательный, и самое главное — у меня есть знания и умения, которых нет ни у кого. А то, что искин мне не дался, так и черт с ним. Все равно я его добью. Рано или поздно я буду создавать искины сам. И такие искины, каких и в Атлане делать не могли. Уж я этого добьюсь.
Наконец-то прилетел. Встал на рейде у станции и полез в галонет. В первую очередь нужно было арендовать ангар или док для корабля. Лучше, конечно, док. Мало ли что я надумаю переделать или улучшить в корабле. Связался с самой крупной риелторской компанией станции. Заказал им еще и помещение под клинику. Все-таки я решил заняться медициной. Афра уже убрала с нейросети метку инженера. Теперь я имею метки медика шестого ранга и пилота пятого ранга. Остались метки изученных баз Торговля, Юрист и Экономика. Все по третий ранг. Светить свой шестой ранг этих баз я не собирался — не хотелось выделяться: это мне сейчас ни к чему. Поживу здесь годик или два тихо, как мышка. За это время искать меня, конечно, не перестанут, но ажиотаж, думаю, спадет. И уже тогда можно будет и попутешествовать по Содружеству. А то я только и делаю, что сижу на какой-нибудь станции. Или шарюсь в таких местах, куда нормального разумного не загонишь. Ведь, кроме дикого космоса, я практически ничего и не видел. Хотелось бы слетать в Центральные миры. Много о них слышал, но, как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Да и вообще Содружество огромно, и там есть что посмотреть. Сейчас у меня нет ни перед кем никаких обязательств, так что делаю что хочу и лечу куда хочу.